– Я заключаю этот союз перед живыми и перед мертвыми! – после недолгого колебания зазвучал голос Тейрана, громкий и твердый. – Перед людьми и нашей сиятельной богиней!
Я зажмурилась, не желая ни видеть его, ни слышать. Жаль, нельзя было заткнуть уши – Огненный крепко держал меня за руки.
– И, пользуясь правом, которое получил, назвав ее своей избранницей, – голос дракона зазвучал еще громче, мощью прокатываясь по стенам и каменным сводам, – передаю эту женщину, Риан-Илару Анвэри, князю Аману Карраю. Таким образом я отдаю ему свой кровный долг! Мы в расчете, Каррай, – глухо закончил дракон. – Она твоя. Теперь и навеки. Навсегда!
Прежде чем я успела осознать, что только что произошло, или хотя бы выдохнуть, моя рука оказалась в руке незнакомца. Шахир отступил в тень, а его место занял победитель турнира. Тот самый самоуверенный выскочка, о котором я и думать забыла!
Тишина, воцарившаяся в храме после подлой выходки Тейрана, взорвалась громкими восклицаниями. Взметнулось пламя, ослепляя. Закружило, коконом стягиваясь вокруг нас, намереваясь не то испепелить дотла, не то отгородить от собравшихся в стенах святилища свидетелей этого безумства.
Вырвать руку из руки тальдена я не успела – Каррай что-то прошептал, и искры, сорвавшись с кончиков его пальцев, вонзились в мои пальцы острыми, как у роз, шипами.
– Ритуал завершен. – Усмешка, короткая и небрежная, на миг коснулась его лица. – Теперь ты действительно моя.
Моя, моя, моя…
Я стояла, неспособная пошевелиться, принять… Осознать! А за пределами огненного купола тревожно шумели люди, и среди сонма голосов в какой-то момент я отчетливо различила испуганный женский крик. И столько было в нем отчаяния и страха, что мне вдруг самой стало страшно. Так страшно, как не было никогда.
Когда поняла, что кричит мама.
Этот крик вырвал меня из транса. Я рванулась от Огненного, с силой, на какую только была способна, толкнув его в грудь. Но прежде чем моя рука выскользнула из его пальцев, ладонь опалило болью, словно на нее плеснули кипятком.
– Шахир! – Я огляделась, однако моего несостоявшегося мужа и след простыл.
А состоявшийся продолжал усмехаться и пристально смотрел на меня.
– Что все это значит?! – прошипела я, тряхнув рукой. Кожу невыносимо пекло, хотя на ладони не было и следа ожога.
Каррай проследил за моим взглядом, блуждавшим по завесе из пламени.
Все лучше, чем на него смотреть.
– Это было нужно, чтобы никому не пришло в голову прервать сокровенное таинство – нашу с тобой свадьбу.
Лучше бы это были твои похороны – я бы сейчас смеялась от счастья и удовольствия.
– Я о представлении, что вы тут устроили на пару с Тейраном.
– Это ты о священном ритуале? – издевательски уточнил Огненный, и мне захотелось броситься на него и расцарапать его самодовольную физиономию.
Остановило лишь желание держаться от него подальше и никогда, больше никогда до него не дотрагиваться!
Поэтому отступила еще на шаг, рискуя соприкоснуться с огненным пологом и загореться. Но лучше уж сгореть в настоящем огне, чем пламенеть от ярости под взглядом этого дракономерзавца.
Постаралась взять себя в руки и спросила, с трудом проглотив застрявший в горле комок:
– Для чего я тебе понадобилась?
Заметила, как к огненному куполу, этой клетке, в которой меня заточили, бросился отец, а с ним и несколько других приглашенных. Но все они были вынуждены отступить, когда пламя, зашипев, стекло по ступеням вниз и вздыбилось дюжиной ядовитых змей.
– А это ты, дорогая Риан, спросишь у своих родителей. Уверен, у эссель Ариэллы найдутся для тебя ответы. – Все те же издевательские нотки в обманчиво спокойном голосе.
А может, этот Аман Каррай действительно был спокоен, и ему не было дела до того, что сквозь созданную им преграду сейчас пытаются пробиться сильнейшие тальдены королевства. А когда пробьются… Живым он отсюда не уйдет.
По крайней мере, я на это очень надеялась.
Вот только зачарованный огонь и не думал отступать. Наоборот, каждая магическая атака – попытка справиться с пожаром – как будто его подпитывала. Пламя расползалось по храму, оплетало стены, вилось по колоннам, и многие из гостей предпочли не рисковать жизнью и поспешили скорей исчезнуть.
Сознание мутилось от ярости и дыма. А когда эту хмарь в голове вспорола мысль – из-за огня могут пострадать родители, я выпалила:
– Прекрати это! – Закашлялась, прижала ладони к лицу. С усилием вздохнув, сипло проговорила: – Пока мы все тут не задохнулись.
Каррай передернул плечами, совершенно безразличный ко всему происходящему:
– Мне бы этого не хотелось, ядовитая ты моя. Это было бы слишком быстро и просто для тебя.
Небрежный взмах руки, и огонь, точно дикий пес, посаженный на цепь, присмирел, покорный воле своего создателя. Огненные шипы начали опадать к земле, рассеиваясь дымом, и сквозь крики и шум в голове я различила голос тальдена:
– Я бы мог забрать тебя прямо сейчас, но так тоже будет неинтересно. Ты сама придешь ко мне, Риан. Сдашься и покоришься добровольно.
– Да я скорее наложу на себя руки! – выплюнула я вместе с гневом и ненавистью, что вызывал во мне этот мужчина.
