Тальден прошел в кабинет, в котором княгиня изнывала от тревоги последние несколько часов.
– О карете, – с отстраненным видом повторил он. – В которой ты отправишься в Альворру. Полагаю, ты соскучилась по родным краям. А я соскучился по покою.
– Ты меня выгоняешь? – растерянно пробормотала княгиня, застигнутая врасплох заявлением сына. Она ожидала чего угодно – ярости, злости, угроз и упреков, но только не этого. Не невозмутимого спокойствия, ледяного холода, которыми были пронизаны его взгляд и голос. – Аман…
– Пока будешь завтракать, служанки соберут твои вещи. Можешь взять с собой Маред. Риан ее услуги больше не понадобятся.
Морканта вцепилась в край письменного стола, с силой сжав пальцы.
– Ты хоть понимаешь, что творишь? Я единственная здесь не теряю рассудка! А ты? Да ты на себя посмотри! Носишься с этой девкой, как с какой-то принцесской! – Элесбед вскочила с кресла. Заметила, как потемнели глаза тальдена, и уже более спокойно, стараясь придушить рвущийся наружу гнев, продолжила: – Аман, мое присутствие будет сдерживать тебя от опрометчивых поступков, а то, что произошло вчера…
– Лучше бы ты в свое время сдержала отца! – на миг сбросив ледяную маску, прорычал тальден.
– Но что я могла сделать?! – раздосадованно вскрикнула княгиня.
– Вмешаться. Попытаться предпринять хотя бы что-то! Но ты осталась в стороне и просто смотрела. Тебе пора завтракать, мама. – Тальден посторонился, давая понять, что не желает продолжать разговор. И терпеть ее присутствие в замке тоже больше не собирается.
– Ты ненавидишь меня? – Голос морканты дрогнул, когда она подняла на сына глаза. – За то, что произошло тогда?
Аман распахнул дверь, бросив на мать безразличный взгляд.
– Ненависть опасное чувство, может свести с ума. Жаль, что ты этого так и не поняла.
Элесбед стояла не шевелясь. Неспособная заставить себя сделать ни шагу. Он выгоняет ее… Немыслимо! Заставляет покинуть собственный дом! И ради кого? Ради элири? И кто после этого из них сумасшедший?!
– Мама, – ровно проговорил тальден, заметив, что княгиня мешкает, – я очень надеюсь на твое благоразумие. Не будем развлекать семейными скандалами прислугу. Достаточно и вчерашнего представления.
Скрипнув от досады зубами, ее светлость мысленно выругалась. Подхватив юбки, быстро зашагала к выходу. Хочет, чтобы она уехала, – что ж, она уедет. Но это не значит, что она позволит этому глупцу все разрушить! Мальфорн останется ее глазами и ушами в замке, и, если потребуется, Элесбед сразу вмешается.
Не допустит, чтобы сын окончательно потерял голову из-за рабыни!
Устроившись на подоконнике вместе с Чили, я угощала льорна орехами и наблюдала за появлением гостий и их служанок.
Первой тагры, а вернее, фальвы принесли Бриваэлу Клеври – профессиональную сваху, которая проводила отбор у моего несостоявшегося мужа Шахира Тейрана. Сколько же я ей тогда хлопот доставила и нервов истрепала! А сколько еще доставлю и истреплю – эссель Клеври даже не представляет. Ей и Карраю.
Потому что молча терпеть все это безобразие я не стану.
После неожиданного (и такого приятного) отъезда морканты в нашей войне с князем случилось временное затишье. Нет, поднимать белый флаг я не собиралась и никогда не соберусь, пусть об этом даже не мечтает, но пока Каррай делал вид, что меня в его доме нет и никогда не было, я тоже всем своим видом показывала, что его для меня не существует.
Он старательно избегал меня, я – его, и обоих, кажется, это более чем устраивало. Разве что Клер непонятно почему расстраивалась и не переставала повторять, что с ее названым братцем творится что-то неладное и что она страшно за него переживает.
Пока воспитанница Карраев тревожилась за Огненного мерзавца, я тревожилась за себя. Каждый вечер и каждое утро просыпалась с единственной мыслью: сегодня вечером я обязательно увижу в зеркале ее лучезарность. Или, может, на этот раз повидаться с пленницей-дочерью тайком решит мама… Увы, больше со мной так никто и не связался. Вполне возможно, тальден догадался о трюке с зеркалом и пресек этот способ общения. Если честно, я уже подумывала впасть в отчаяние, если бы не приятное, очень приятное событие, произошедшее вскоре после отбытия стервы-княгини.
Родители прислали ко мне Хевину! Вернее, Каррай разрешил ее ко мне прислать, но я не стала зацикливаться на великодушии Огненного, списав его на временное помешательство, а может, на чувство вины, ведь его друг чуть не лишил меня невинности. Я просто радовалась близкому человеку, тому, что теперь Хевина была рядом.
А уж ее тихие слова, когда она при виде меня присела в реверансе, а я бросилась к ней обниматься, и вовсе пролили исцеляющий бальзам на мою истерзанную переживаниями душу:
– Ваши родители просили передать, что они продолжают искать выход. И, кажется, кое-что нашли. Мне толком ничего не объяснили, но велели сказать вам, чтобы вы не отчаивались. Сердцем и мыслями они с вами.
