Даже Руэн держала серебристый пистолет с длинным стволом и каким-то амулетом из бисера, обвязанным вокруг курка, нацеленным в заднюю часть толстого черепа Роуди.
Где, черт возьми, она вообще спрятала эту штуку?
Заметив движение на периферии, я обернулась и увидела, как Тьюсдей медленно спускается по лестницы, делает паузу, а затем с невозмутимым лицом поворачивается и тащит свою пугливую задницу обратно наверх, словно ничего не видела.
Если бы ситуация не была такой отчаянной, я бы, наверное, рассмеялась.
Задыхающийся звук вернул моё внимание к происходящему, и я увидела, что Кай больше не улыбается. Он медленно окрашивался в ужасный синий цвет, когда Роуди душил его тяжестью своей руки.
— С таким же успехом ты можешь убить меня, — предупредил Роуди. — В любом случае я забираю эту непочтительную сучку с собой.
Услышав искренность в тоне Роуди, Руэн переместила палец со ствола на спусковой крючок.
— Нет! — не успела я принять этот кричащий голос за свой собственный, как снова оказалась между Руэн и Роуди. — Руэн, пожалуйста, — взмолилась я из-под её прицела. — Ты должна это остановить.
— Прости, Искорка. Ты мне нравишься и все такое, но они — семья.
Мне казалось, я уже видела, как Руэн выглядит жестокой, но это было ничто по сравнению с холодом в её глазах сейчас. В её словах не было ни тепла, ни юмора.
— А как же Ремеди? — спросила я по чистой случайности и от отчаяния. — Твоя сестра. Твоя близняшка. Хотела бы
В глазах Руэн мелькнуло удивление, но этого было достаточно. Я напомнила ей о её истинной ахиллесовой пяте.
— Хорошо, Атлас, — сказала она, медленно опуская пистолет, её тон был приятным, но ядовитым. — Раз уж ты настолько убедительна, даю тебе пятнадцать секунд на то, чтобы убедить своего парня отпустить моего друга. Ещё секунда, и я нажму на курок.
Дерьмо.
Что бы ни было у меня с Роуди, это всё ещё было ново и стояло на фундаменте, который колебался от ветра. Невозможно было предположить, что меня ещё так тянет к нему.
Оглянувшись вокруг, я поняла, что у меня нет выбора.
Я должна была попытаться.
Все по-прежнему держали оружие наготове.
Я бросила на Руэн последний умоляющий взгляд, но она лишь подняла бровь и пробормотала:
— Тик-так.
Двойное дерьмо.
Хорошо.
Я глубоко вдохнула.
Моя рука дрогнула, когда я протянула её и осторожно положила ему на плечо. К моему ужасу, Роуди никак не отреагировал. Даже не подал вида, что помнит, что я стою здесь — в нескольких мгновениях от того, чтобы увидеть его смерть.
— Оуэн.
Я почувствовала это.
Едва заметное напряжение его плеча под моей ладонью. Осознание этого момента.
Я впервые произнесла его имя, а он впервые услышал его от меня. Это был переломный момент в нашем токсичном любовном романе, и прямо сейчас он разворачивался на глазах у всего мира.
Наклонив голову, он не посмел отвести взгляд от Кая, но этим жестом дал мне понять, что слушает.
— Ты обещал мне вечеринку, — мягко напомнила я ему. — Я продержалась целую неделю, не убегая от тебя. Не дай мне потерять тебя сейчас.
Всё замедлилось, даже моё сердцебиение, так как мы все ждали, что одержит вверх — потребность Роуди в насилии или… во мне.
Я чувствовала, как воздух в комнате сгущается от смертоносного намерения. Джорен, Рок и Голден были готовы умереть за своего брата, так же как Руэн и её команда — за своего.
И тут это случилось.
Роуди отпустил его и сделал неохотный шаг назад.
Я? Я сделала всё наоборот. Я перевела дыхание, которое задерживала, только для того, чтобы его снова перехватило, когда Роуди развернулся, сжал мои искусственные локоны в кулак и поцеловал меня.
В первый раз.
Перед посторонними людьми и врагами.
Его губы были голодными и требовательными, когда заставили меня открыть рот, не дожидаясь моего согласия или понимания того, что между нами происходит.
При первом же прикосновении его языка к моему я вцепилась в его рубашку, чтобы не растечься лужицей. Мне было всё равно, что мы не одни и были так близки к смерти. Он был слишком хорош на вкус. Он был слишком правильным. Я не хотела, чтобы наша связь заканчивалась, и речь шла не только о поцелуе. Роуди уже держал меня в руках, что должно было меня напугать, но нет. Вместо этого я наконец-то почувствовала, что нахожусь там, где всегда должна была быть.
Его
Роуди никогда не отпустит меня.
А я этого и не хотела.
Я была на девяносто девять процентов уверена, что, если завтра исчезну, он меня выследит. Вопрос был в том, смогу ли я уйти?
Я была слишком захвачена этим меняющим мир откровением, чтобы заметить, как он ведет меня мимо стойки регистрации, комнаты ожидания и бара с закусками. Ещё несколько шагов, и я смутно почувствовала, как он что-то нащупывает у меня за спиной.