Десять дней. Прошло ровно десять дней с тех пор, как события со дня моей свадьбы омрачили мои дни и превратили их в нечто похожее на нескончаемый круговорот. Мое тело бунтовало от такой «избыточной» активности, потому что помимо сна и потребления пищи я практически ничем не была занята. Быть тюленем – не про меня, но дремота в обеденное время связана с тем, что кошмары не давали мне спать по ночам. Да, безусловно, их стало меньше, особенно после похорон, но каждый раз, когда это случалось, передо мной всплывали пустые глаза Данте, смотрящие в никуда, и окровавленное тело мамы на руках отца, и только пронзительные крики гостей вырывали меня из пережитого ада.
Возвращаясь в реальность, я на несколько секунд все-таки позволяла себе надеяться, что весь ужас на самом деле был сном, пока не сталкивалась с действительностью: я в чужом доме, с посторонним мужчиной, а моя жизнь больше никогда не вернется в прежнее русло.
Именно этим я занималась, пытаясь отойти от очередного кошмара, в котором холодная рука Данте схватила меня за горло. Я открыла глаза и первым делом увидела Алессио, сидящего на мягком диване ко мне спиной. Его плечи были напряжены, отчего спина казалась еще массивнее. Последние дни он много времени проводил за ноутбуком, пока я читала романы, что скачала на электронную книгу, ведь те, что заботливо загрузил Алессио, что не могло не вызывать глупую улыбку, я уже прочла.
За окном шел дождь, так что сегодня никаких чтений под деревом на траве, а значит, придется опять провести целый день в доме с хмурым мужчиной, который в последнее время был не особо разговорчив. Хотя он и раньше таким не был, но с тех пор, как приехал из города, его настроение заметно ухудшилось. Алессио стал более холодным, если это вообще возможно, и более отстраненным. Кроме того, он стал избегать меня и теперь старался не находиться рядом на расстоянии менее ярда, чтобы, не дай Бог, наши руки не соприкоснулись или я не смогла пройти мимо него и задеть плечом.
Алессио резко закрыл крышку ноутбука и, замахнувшись рукой, задел кружку с кофе. Она упала на пол, но мужчина не обратил на это внимания, лишь выругавшись негромко, откинулся на спинку дивана и закинул голову назад. Так я видела его закрытые глаза, сведенные густые брови на переносице, желваки, играющие на щеках, волосы в полном беспорядке, словно по ним неоднократно проводили руками.
– И давно ты не спишь?
Я подскочила на месте, пойманная с поличным за разглядыванием. Его глаза все еще закрыты, так как он, черт возьми, узнал, что я подглядывала за ним?
– Нет. Только проснулась, – ответила я заспанным голосом.
Он молчал, все еще не меняя позу.
– Тебе не стоит так сидеть.
Легкая улыбка расплылась на его лице, и он открыл глаза. Когда наши взгляды встретились, внизу живота что-то произошло, сердце начало колотиться. Возможно, дело в цвете – грозовая буря стихла, и теперь в них был лишь спокойный, глубокий синий, не свойственный его настроению пару минут назад, а возможно, дело было просто в нем. Алессио не пугал меня, нет, меня страшили ощущения, вызванные им, и реакции моего тела. И вот сейчас, когда он так пронзительно смотрел мне в глаза, мне казалось, что на самом деле он заглядывал в самые потаенные места души и находил там то, что было недоступно даже мне самой. И это пугало.
Алессио не собирался отступать первым и продолжил прожигать меня взглядом в сочетании с этой обольстительной улыбкой, делая ситуацию неловкой, поэтому я отвела взгляд первой. Вскочив с кровати, я пошла к катастрофе, вызванной неосторожностью этого угрюмого человека с мегапривлекательной улыбкой, разлившего кофе. Я села на коленки у его ног, чтобы убрать беспорядок, который практически весь впитался в мягкий ковер. Его, возможно, уже было не спасти, а вот кружка осталась целой. Я подняла ее и поставила на стол рядом с закрытым ноутбуком, стараясь не задеть что-то или кого-то, раз у этого кого-то на меня появилась аллергия.
Алессио уже выпрямился и все также не сводил с меня глаз, продолжая молчать. Они были слегка прищурены и делали мужчину похожим на охотника, выслеживающего добычу и оценивающего шансы на успешное нападение. Он следил за каждым моим действием. Это не пугало, но слегка настораживало, ведь это
Я слишком быстро поднялась с пола и направилась к кухне, чтобы захватить с собой бумажные полотенца и попробовать исправить беспорядок на ковре, хотя и не была уверена, что это поможет. Мне просто необходимо было чем-то себя занять, иначе я сошла бы с ума.
– Когда мы сможем вернуться? – Я старалась не смотреть на Алессио, когда вновь опустилась на колени перед ним и приложила салфетку к мокрому месту возле его ног. Он же не делал ничего, чтобы убрать их или помочь мне.
– Пока не будет такого приказа, – его голос оказался хрипловат и слишком близок ко мне.
– А когда такой приказ будет? – Бумага становилась влажной в моих руках, но это не помогало, пятно не исчезало.
