Я попытался перехватить руку барона, но в этот момент время вдруг как будто замедлилось раз в сто, а потом вообще остановилось. Фигуры колбасёров замерли, дабстеп завис на длинной мерзкой ноте.
И посреди этого остановившегося времени я ощутил, что внутри меня поднимается нечто тёмное и жуткое. Нечто магическое, но не совсем. Скорее, какая-то мысль или воспоминание.
Перед моими глазами вдруг метнулась железная беседка из парка перед родовым поместьем Нагибиных. Я был в беседке, а Алёнка была в моих объятиях.
— Братик… — похотливо пробормотала Алёнка.
Я в ужасе отпрянул от девушки.
Через мгновение видение рассеялось, время снова пошло, дабстеп задолбил, фигуры на танцполе задёргались.
Мартыханов-Заклёпкин расхохотался:
— Так вот значит что. Ты у нас значит, приказываешь крепостным девкам, чтобы они изображали твою сестру! Так вот зачем тебе Таня. Таня! Слышала? Братец-то твой сестроёб, извращенец… Теперь понятно, почему тебе так нравится её лапать, больной ублюдок. Интересно, а Император в курсе, что в роду Нагибиных практикуют инце…
— Не в курсе. Император мёртв, мудила, — доложил я барону, сваливая его на пол ударом кулака в челюсть.
В воздухе от моего удара метнулась сине-желтая вспышка магии. Кореш баронета с пистолетом пальнул в меня, но промазал, вероятно, потому что был пьян.
— Дрочило, тащи сестрицу отсюда! — приказал я холопу.
А потом произошло то, чего я ни разу в жизни еще не видел.
Мартыханов-Заклёпкин вдруг мигом поднялся на ноги, причем поднялся чем-то типа левитации, не сгибая коленей, и поднялся после удара, который определенно должен был его надолго нокаутировать. Такого, насколько я понмю, даже Прыгуновы не умели. Вот блин.
На танцполе завизжали, услышав выстрелы. Пьяный кент баронета пальнул еще раз и убил наповал какую-то девку, колбасившуюся за моей спиной.
Я вырубил стрелка, бросив ему пивную бутылку в голову, пистолет выпал из руки отморозка и упал куда-то под стол.
Дабстеп продолжал долбить, но вокруг уже началась паника. Я попытался выцепить взглядом Дрочилу с сестрой, но их нигде не было видно, их уже поглотила толпа.
Баронет Жирослав тем временем свалил меня на пол заряженной магией подсечкой и ударил ногой в голову. В глазах потемнело.
Ну ни фига себе. Так быстро меня еще ни разу в жизни не нокаутировали.
Вот сейчас я, похоже, и правда не с теми связался.
Тем не менее, проснувшаяся магия поддержала во мне сознание и не дала вырубиться. Я попытался перекатиться, но Жирослав ударил мне ногой в дыхалку, а потом в живот.
Меня скрутило. Вот теперь точно всё. Контроль был утрачен.
— Где ствол? — заорал Жирослав, раздавая приказы своим кентам, — Давайте, ищите! Нашёл? Так хули ждешь? Давай, подстрели этого извращенца-сестроёба! Да не в голову, дурень! Мошонку ему прострели. Она у него там же, где у тебя, балбес.
Глаза мне заливала кровь, я уже почти ничего не видел. Но, судя по словам Жирослава, мне прямо сейчас собирались прострелить промежность, а меня такой вариант, понятное дело, не устраивал, совсем.
Легкая паника накатила на меня, а через мгновение перестала быть легкой. Мартыханов-Заклёпкин давил меня какой-то мощной магией, я ощущал мощь его фиолетовой ауры, она как будто сковала меня, так что я не мог пошевелиться.
И чё делать?
Физухой или волей тут вопрос не решишь точно, нужна магия.
Я покопался внутри себя, но моя магия была слабее Мартыхановской. Я прям физически ощущал, как внутри меня гаснут одна за другой короткие вспышки собственной ауры, становясь все слабее.
Я попытался отвлечься от них и накопать внутри себя нечто более глубокое. Но ниже света магии во мне была лишь черная пустота. А в этой пустоте…
— Дай мне контроль над телом, — потребовал Царь в голове.
«Раньше люди совсем глупые были, да себя шибко любили. А вот истории отечества своего совсем не знали. Поэтому и выдумывали вместо истории разные байки.
Про конных арбалетчиков, про воительниц, про тяжелых русов, про государынь-девственниц, да про победу над турками. А уж про дворян и говорить нечего — те еще пуще байки выдумывали, что, дескать, каждый их предок в прошлом Царем Московским был, а то и Всея Руси Государем.
Но потом пришел в мир Наш Предок — Знаток Истории. И посмотрел он на эти байки, да и догадался, что это всё брехня одна. И стал он тогда по Земле Русской ходить, да объяснять дуралеям:
— Не было никогда конных арбалетчиков! Выдумка это! И воительниц не было! И русов тяжелых не существовало, все в легкой кольчуге ходили. А ваша государыня-девственница — редкостной блудницей была, и блядью вдобавок.
И победы на турками не было никакой, наоборот, это турки вас тогда взгрели. А уж про предков ваших и говорить нечего. Какие там цари? Псарями они были, да чистильщиками мест отхожих, да юродивыми.
За то народ Нашего Предка Знатока Истории сильно невзлюбил. Всюду били Нашего Предка, отовсюду гнали его, а прозвали его — Мартыханом, а еще Заклёпочником. Отсюда и фамилия наша пошла».
