- Давайте, я помогу, — опускаюсь и наши взгляды сталкиваются на расстоянии нескольких сантиметров. Вот теперь можно и рассмотреть это смущенное личико – карие глаза, едва заметный мейк, короткие тёмные волосы. Стройная девушка в бежевом пиджаке и узкой классической юбке. Невысокие шпильки, изящные ножки. Её можно было назвать милой. Впрочем, из меня весьма хреновый ценитель женской красоты.
- Спасибо большое, — через пару секунд бумаги были снова собраны в стопку, и девушка, робко опираясь на протянутую руку, привстала с колен.
- Вы давно участвуете в забегах на шпильках?
- Что? А! Сегодня второй день. Только устроилась, — симпатичная незнакомка одарила меня смущенной улыбкой.
- Вам на какой?
- Двадцать пятый.
Хм, значит, работает у нас? Мило.
- А мне на двадцать третий, — нажимаю кнопку, и лифт трогается с места.
- Вы извините, что я на вас налетела. Просто никак не привыкну к каблукам. А здесь дресс-код строгий.
- Работаете в «InversE»? – уточняю из чистого любопытства.
- Вроде да. Хотя, честно говоря, думаю, что меня уволят ещё до конца испытательного срока. Я устраивалась личным ассистентом директора, но похоже, его нынешний секретарь уже подготовил эту должность для себя. А меня просто гоняет со всякой мелочью, ждёт пока где-нибудь напортачу, чтобы повод был избавиться. Этот Джим — сущий дьявол!
О да, Джим. Дьяволом я бы его не назвал. Так, мелкий проказливый чертёнок. Хотя меня умиляет, как он прыгает передо мной на задних лапках, понимая, что скоро Арт оставит пост директора агентства. А нагретое местечко отдавать без боя он не намерен. Впрочем, Джим весьма хорошо справляется с делами, да и на вид. Высокий, симпатичный, в этих неизменных очках. Чёрные волосы, точёные скулы.
И я бы его да.
Но сейчас не об этом.
- Простите, а как Вас зовут? – внезапно понимаю, что разговор завязался сам собой, а вот именем своей попутчицы поинтересоваться я не удосужился. Невежливо как-то.
- Оу, — смутилась девушка. — Митчелл.
- Ну, зачем же так официально?
- Нет, нет, — снова обворожительная улыбка. – Это моё имя. Митчелл Уилсон.
- Даже так? – удивлённо вскинутая бровь, и девушка тут же решила, что эта ситуация нуждается в пояснении.
- Ну, мой отец, в третий раз забирая из роддома дочку, всё-таки смирился с тем, что наследника у него не будет. А вот обещание назвать сына в честь погибшего на войне товарища, это слово чести. Маме пришлось согласиться.
Короткий смешок. Может быть, не слишком вежливо, но кажется, девушке понравилась моя реакция.
- Ой, а я даже не спросила Вашего имени. — бледные щёки залились румянцем.
- Крис… Просто Крис, — добавил я в ответ на её немой вопрос. Меньше всего сейчас мне хочется упоминать фамилию отца и вгонять девушку в ещё большую краску.
- Хорошо, «Просто Крис». А… — тут её голос дрогнул, а глаза смущённо упали в пол. – А можно, я приглашу Вас на чашечку кофе в качестве извинений за это столкновение?
Она приглашает меня? Не ожидал такой прыти от этой скромняжки. В прочем, плюс ей за уверенность в себе, и всё же минус за неумелый выбор кандидата. Прости, девочка, ты вряд ли сможешь меня заинтересовать.
- Извини, но я откажусь, — осторожно произношу в ответ. С лица девушки по-прежнему не сходит смущённая улыбка, вот только глаза чуть-чуть погрустнели. Сколько раз приходилось вот так «отказывать», и всё равно ощущаю эту неловкость.
- Да ничего, я понимаю.
- Может, я могу что-то для тебя сделать? – ну, не могу я спокойно смотреть на грустных женщин. Им итак не повезло – лучших парней давно сманила тёмная сторона силы, а те, что остались натуралами, ни в грош не ценят их старания.
- Ну, Вы можете сказать, что Вы — гей, и мне будет не так обидно.
ЧЕГО?!
Я едва не подавился, напрочь выпав из реальности за рассуждениями о печальном положении женской половины человечества. Меня что, спалили? Как? Почему? Я что-то сказал вслух?
- … — едва я попытался выдать что-то членораздельное в ответ, как Митчелл перебила меня, задорно улыбаясь.
- Простите, я просто пошутила. …И наверное, неудачно, — добавила девушка, боязливо оглядывая моё побелевшее лицо.
- Да нет, всё нормально.
- Ой, Ваш этаж.
- Приятно было познакомиться, Митчелл, — наконец, придя в себя, покидаю кабинку лифта.
- До свидания, — улыбается мне в спину милая брюнетка, даже не представляя, что едва не стала причиной сердечного приступа у вполне здорового двадцати-четырёх летнего парня.
***
До совещания остаётся чуть более часа, и я сижу в кафетерии, на втором этаже огромного бизнес-центра, в котором находится офис нашей фирмы. Стоит ли пояснять, что после разговора с Митчелл пара сотен моих нервных клеток добровольно совершила харакири.
Для кого-то, эта шутка не имела бы никакого значения, но для меня.
Я гей. А мой отец открытый гомофоб, что, безусловно, не отменяет моей родственной привязанности к нему, но вполне может поставить крест на его восторженной любви к единственному сыну. Почему я так в этом уверен? Не спрашивайте. Я просто знаю. И потому делаю всё возможное, чтобы сохранить свою страшную тайну.
