Кондор издавал бульканье, цеплялся ногтями за провод, который не пускал кровь в мозг и воздух в легкие, ничего не видел помутившимися от перечных слез глазами, рычал, в ушах звенело, не мог…
БЗЗЗЗ!
Дверной звонок испугал душителя, он ослабил удавку.
Кровь приливает к мозгу, и воздух!
БЗЗЗЗ!
Душитель снова затянул провод.
СТЕКЛА ДРЕБЕЗЖАТ. Кто-то снаружи колотит в дверь.
Джереми развернул Кондора, приподнял и толкнул грудью на верстак.
Секунд за семь до полной отключки он
Пульт от двери. Подрагивает на верстаке.
Воин джихада отвернул голову пускающего пузыри вероотступника от высокотехнологичного устройства.
Дверь зажужжала… и открылась.
С визгом ринулась внутрь!
Джереми снова пихнул Кондора, поставил на колени, бросил на пол – его и удавку…
Провод ослаб на шее, но
– Прекрати! – орет Фрэн на предательскую пешку, которая пытается похитить то, что судьба предназначила ей, Фрэн. – Он мой. Я убью его!
С небесной вышины несется вниз серый металлический выкидной нож, конфискованный у туриста, «спасенный» из хранилища сотрудником библиотеки, который может выкрасть любой ключ от за́мка.
Фрэн вонзает краденое лезвие в горло Джереми.
Тот хватает ртом воздух, накрывает ладонями шею – то, что из нее торчит.
Выпучив глаза, взмахивает руками и ХВАТАЕТ ЕЕ. Рядом, лицом вниз, лежит Вин. Слабость восходит вверх по ногам Джереми, от ступней, он падает, уцепившись за Фрэн. Сама смерть впилась в блузку женщины-птицы, раздирает ее, сила рывка, умноженная падением, резко дергает жертву вперед…
Фрэн спотыкается о растянувшегося на полу Кондора.
Над телом мужчины, которого она пронзила ножом, парит лебедь.
Череп женщины с треском раскалывается об угол верстака.
Тишина. Тишина.
Ладони, локти, колени отталкиваются от бетона, напряжение, еще один толчок…
Свободен. Жив. Ничком на полу, вдыхая запахи цемента, пыли, пота и еще теплый ветчинно-капустный душок свежеумерщвленной плоти. Пахнуло миндалем.
Молоточек в груди.
Кондор перевернулся на спину. Уставился в гладкий потолок за́мка.
Приподнялся на локтях. Сел. Голова кружится. Боль от ударов, стояния на коленях, удушье. Перечный спрей, слезы, грязь с пола, пот: лицо перепачкано.
Ему не дадут выбраться из этой передряги.
Верстак, ноутбук, а на нем…
Поэтажный план. Сокровище Библиотеки Конгресса, главный за́мок – здание Джефферсона.
Выскочил рекламный модуль, улыбающийся продавец над бегущей строкой:
ПОЗДРАВЛЯЕМ! У ВАС НОВЫЙ МОБИЛЬНЫЙ ТЕЛЕФОН.
БАЗОВЫЙ БИЗНЕС-ПЛАН, ПОДУМАЙТЕ, НЕ ШАГНУТЬ ЛИ ДАЛЬШЕ?
СЕТЕВЫЕ ТЕЛЕКОНФЕРЕНЦИИ ДЛЯ…
На полу мертвой змеей лежит белый компьютерный кабель.
Эта змея раньше связывала ноутбук с айфоном.
Айфоном, который способен активировать все мобильники, объединенные в сеть.
Вот и благотворительный короб, который заглатывает телефоны, пожертвованные нашими лучшими людьми.
На экранчике айфона тоже светится карта библиотечного за́мка с поставленными на ней пользователем красными точками.
Схватил короб на колесиках для пожертвованных мобилок. Закрыл ноутбук, положил его в короб рядом с айфоном. На экранчике – карта за́мка.
Перекрещенные трупы на полу лежат неподвижно.
Большой палец на пульте, дверь открывается. Вытолкал пластмассовый короб в коридор. Потом вытащил из-под ремня голубую рубашку, нижним ее краем стер отпечатки пальцев с пульта, кинул его обратно в подземную мастерскую сквозь закрывающуюся дверь; пластмассовая штука проскакала по бетонному полу и замерла.