Со стоном я схватила полупустой стакан, стоявший перед Рэй, и допила его.
― Отличный ответ, ― поддразнила Рэй. ― Особенно учитывая твою смелось в выпивке моего алкоголя.
― Может, лучше поговорим о Паркере? ― проворчала я.
― Ну же, ― уговаривала Вера. ― Ты всегда можешь поделиться со мной идеями. Хоть я и не влиятельный блогер, но бизнес есть бизнес.
― Я не...
― Влиятельный блогер, ― вклинилась Рэй. ― Мы знаем. Но ты ― художник, у которого есть работа, которую нужно продать, и платформа, на которой ее можно продать.
― Точно, ― добавила Вера. ― Знаю, что тебе не нравится выставлять себя на всеобщее обозрение, но с помощью Эйкена ты сможешь выбрать комфортный баланс между этими мирами.
― Это было намного проще сделать в самом начале, в колледже.
― Ох, колледж, старые добрые времена, ― вздохнула Рэй.
― Ну и, что же он посоветовал?
― Он хочет, чтобы я размещала больше своих фотографий, по крайней мере, те, по которым создаю свои работы. Это исполнимо, поскольку я уже размещаю некоторые из них, когда рисую в дороге. Мне не нравится часть, касающаяся музыки. Я редко общаюсь с музыкантами.
― Да, теперь понятно, почему ты избегаешь рок-звезд. Не только из-за своего отца.
― Не-а. На мне клеймо «брось меня» на языке, понятном только музыкантам.
― Счастливчик. Я бы хотела трахнуть рок-звезду, чтобы он бросил меня. Никакой романтики? ― Рэй поцеловала пальцы в манере шеф-повара. ― Идеально.
― Как бы то ни было, ― сказала я, смеясь. ― Он хочет, чтобы я начала встречаться с музыкантами, работать с ними и размещать фотографии в своем профиле.
― Фу. Мерзость, ― сказала Вера.
― Правда? ― воскликнула я, слишком поздно уловив ее сарказм. ― Неважно. Это мне не... подходит.
― Ну, не хотелось бы тебя расстраивать, но если ты хочешь приобрести приглянувшийся фургон, то, возможно, стоит пересмотреть свои взгляды на ситуацию.
Я поморщилась и надулась, словно ребенок, на что обе закатили глаза.
― Я очень хочу тот фургон. И хочу, чтобы меня не выселили из квартиры.
― Это ― очень веские причины прислушаться к Эйкену, ― сказала Вера. ― Тебе понадобится время, чтобы накопить на фургон... если только ты не...
Я прервала ее.
― Не заканчивай это предложение.
Она не послушала.
― Ты ведь знаешь, что мы можем одолжить тебе деньги.
― Знаю. Но не хочу брать у вас в долг. В конце концов, у меня все получится, ― уверила я. ― Кроме того, Эйкен прорабатывает вопрос с музыкой, и у него намечена встреча с какой-то группой. Я предупредила его, чтобы он не раскрывал мою личность на случай, если все пойдет прахом, и я запаникую. Так что, полагаю, пока он может гарантировать неприкосновенность частной жизни, я буду встречаться с музыкантами и выкладывать уклончивые фотографии. Фух.
― Как угодно. Все будет замечательно. У тебя все получится, ― подбодрила Вера.
― Давайте выпьем за это, ― предложила Рэй.
Она подозвала официанта, чтобы он наполнил наши бокалы, но я отказалась от алкоголя, ограничившись водой.
― За рок-звезд, сводных братьев и обмен грязными подробностями, ― сказала она, обращаясь ко мне.
Мы с Верой засмеялись и звякнули бокалами, выясняя подробности о новом парне Рэй и любопытствуя, как к этому относится Остин.
А мне казалось, что это я скрытная.
ПАРКЕР
Сверхнова: Привет.
Я посмотрел на телефон и улыбнулся. Мы только что вернулись в наш номер после шоу и были на седьмом небе от счастья. Сообщение от Новы стало вишенкой на торте.
― Ой, гляньте на него, улыбается, словно милая, любвеобильная собачонка, ― засюсюкал Орен.
― Ха. Ха, ― отпарировал я, отмахнувшись от него.
― Ты пойдешь с нами сегодня? ― спросил Эш.
― Не-а. Пожалуй останусь.
― Чтобы поболтать со своей девушкой, ― сказал Броган.
― Она не моя девушка.
Мы не зашли так далеко, чтобы избежать расставания.
― Ну же, мы должны отпраздновать. Чертов канун Нового года в Нью-Йорке (прим. пер.: Имеется в виду новогодняя церемония на Таймс-Сквер. Каждый год на площади происходит всемирно-известная церемония падения хрустального шара, за которым наблюдают не только пришедшие на площадь зрители, но и миллионы американцев по всей стране). Это грандиозно, ― попытался убедить меня Эш.
Новость снова поразила меня, лишив кислорода, как и тот момент, когда Аспен сообщила нам об этом.
― До сих пор не могу поверить.
― Так давай праздновать.
― Не сегодня, брат. На этой эйфорической волне хочу попробовать сочинить что-нибудь.
― О. Отлично, ― наконец согласился он. ― Встретимся завтра?
― Да, увидимся утром.
Мы с Эшем использовали любую возможность, чтобы потягать железо. Раньше мы это делали ради тщеславия, но довольно быстро пристрастились к этому занятию.
Помахав расшумевшимся парням, я закрылся в своей комнате и достал телефон. Прежде чем успел ответить, он завибрировал в моих руках ― на экране высветилось имя Аспен.
― Уже соскучилась? ― ответил я.
― В твоих мечтах. Хотела сообщить, что Соня придет на новогоднее представление. Так что ты сможешь поцеловать ее в полночь.
Перед множеством камер, на всеобщее обозрение? Нет. Я бы хотел запомниться своим выступлением, которым завершу год, а не тем, с кем целовался.
