Когда я пробирался сквозь толпу, все хлопали меня по плечу, желая счастливого Нового года. Я кивал в ответ и в то же время отпихивал людей со своего пути, понимая, что впустую трачу драгоценное время, но слишком отчаялся, чтобы беспокоиться. Преодоление баррикады заняло у меня около пяти минут. Я почувствовал, как меня обхватывают руки, и крик заставил обратить внимание на окружение. Я моргнул, глядя на толпу женщин, хватающих меня за руки и пытающихся дотронуться до любого сантиметра моего тела. Некоторые держали в руках телефоны, и вспышки мерцали у моего лица, затрудняя мышление. А мне было просто необходимо подумать.
Все кончено. Ты все испортил.
Она ушла навсегда.
Она не ответит. Она не выслушает.
Я никогда больше не увижу Нову.
Один взгляд ― и все.
Осознание этого словно удар причиняло боль и вернуло с небес на землю. Мне нужно убираться отсюда, пока они не сорвали с меня одежду. Я все равно не мог ничего решить посреди Таймс-сквер.
Осторожно отцепляя от себя множество рук, и благодарный за то, что охрана наконец-то заметила мой безумный импульс, я улыбнулся и слепо поблагодарив всех, повернулся обратно к сцене. Забавно, насколько легче было вернуться на сцену, чем сойти с нее. Судя по всему, у Новы не было подобных проблем.
― Куда, черт возьми, ты ломанулся? ― первой обратилась ко мне Аспен, при этом звучала раздраженно. ― Мы должны сделать фотографии.
Аспен.
Ее появление расставило все на свои места.
― Ты, ― ухмыльнулся я. ― Ты все это подстроила.
Она скрестила руки на груди и подняла подбородок.
― Что ж, да, Паркер. Все это организовала я. Мне пришлось надрывать задницу, чтобы вы выступили на этой площадке, потому что в этом заключается моя работа, и мы не пренебрегаем своей работой, когда возникают трудности или нужно делать то, что мы не хотим.
― Не надо. Не начинай нести это дерьмо. Я надрываю задницу ради этой работы... ради этого лейбла. Я сказал нет насчет Сони.
― А я сказала, что это полная хрень.
― Ты не имела права.
― У меня было полное право. Ты подписал контракт, заключив с ней сделку, и это ― ее часть. Я не собираюсь с тобой спорить. Я сказала, что это произойдет, нравится тебе это или нет, потому что это твоя работа.
Зная, что с ней бесполезно спорить, я прошел мимо и, обогнув заднюю часть сцены, спустился по другим ступенькам, ведущим к нашему оборудованию и ребятам.
― Чувак, это была гребаная Нова, ― воскликнул Орен, подпрыгивая, словно ребенок, переевший сладкого. ― Я понятия не имел, что она придет.
― Как и я, ― пробормотал я.
― Нова была здесь? ― спросил Броган. ― Где?
― Она рванула со всех ног, ― ответил Орен. ― Пьюф, ― сказал он, изображая рукой, как она испарилась.
― Почему? ― спросил Эш, вклиниваясь.
Я расстроено провел рукой по волосам, вспоминая наш последний разговор и то, как она игриво спросила, не начал ли я с кем-нибудь встречаться.
― Почему ты не сказал нам? ― спросил Эш.
― Он лобызался с Соней.
Я стиснул челюсть при этом напоминании.
― Я, бл*дь, не знал, что она придет, ― пробормотал я, словно это имело значение. ― И я, бл*дь, точно был не в курсе насчет Сони.
Вспышка рыжих волос сбоку заставила мое сердце учащенно забиться, но затем я рассмотрел слишком блестящие локоны и неестественно рыжий цвет. Не Нова. Я сдулся, словно шарик, и возненавидел все вокруг.
После наступления Нового года прошло всего пять минут, а я был в полном беспорядке, в котором мог винить только себя.
Это произошло не по моей вине.
Я не планировал этого.
Сжав кулаки и расправив плечи, я, миновав парней, бросился ко второй виновнице сложившейся ситуации. Мы с Соней были достаточно знакомы, чтобы она понимала, насколько мне претило быть цирковым пони. Ей было известно, что я больше не хочу фальшивых отношений. Я просил ее подумать о других способах выполнения нашего контракта, по-прежнему приносящих пользу. Она, бл*дь, знала, что с меня достаточно этого дерьма, и должна была отказать Аспен.
― Что ты, черт возьми, вытворила там? ― зарычал я.
Соня повернулась в мою сторону с широко раскрытыми глазами, но мгновение спустя, будучи превосходной актрисой, расплылась в игривой улыбке.
― Поцеловала тебя в полночь. Как очевидно.
― Я не соглашался на это.
― Ой, да ладно тебе, Паркер. Ты же знаешь, я никогда не упускаю шанса попиариться. Мы одиноки. И я предположила, что ты прикидывался недотрогой, когда сказал, что больше не хочешь в этом участвовать.
― Мне плевать на твои предположения, Соня.
― Паркер. ― С ее лица не сходила улыбка, но глаза метались из стороны в сторону, пытаясь определить, заметил ли кто-нибудь наши разногласия. ― Ты устраиваешь сцену.
― Нет, это ты устроила сцену с чертовым поцелуем. И ты испортила мои гребные планы. Ты не пуп земли, Соня. Заканчивай с этим дерьмом.
― Паркер, ― прошептала Аспен мое имя, и я встретил ее жесткий взгляд. ― Достаточно. Тебе нужно взять себя в руки и сделать фотографии. Выполни. Свою. Работу, ― напомнила она мне.
Сделав глубокий вдох, попытался утихомирить свой гнев, наконец, отступив от Сони, снова переключив внимание на Аспен.
― Где мой телефон?
