― Знаешь, Нова, я не должен удивляться, но удивляюсь. Потому что это то, что ты всегда делаешь. Ты постоянно убегаешь. Когда возникают трудности, ты, бл*дь, бежишь, словно трусиха. Когда же ты наконец разберёшься в этом дерьме? Прошло пять лет, ты хоть немного повзрослела или только притворяешься? ― Как только я выдавил из себя эти злобные слова, моё горло сжалось от сожаления. Все сказанное мной было правдой, но я мог бы сказать об этом мягче. Сделав глубокий вдох, завершил сообщение обещанием. ― Ты, как всегда, можешь бежать, но в этот раз я тебя не отпущу. Чего бы мне это ни стоило, я найду тебя.
НОВА
Я гребаная идиотка. Полная дура.
Последние несколько дней я не могла отделаться от подобных мыслей. Прекрасное начало нового года. Я не могла перестать воспроизводить в своей голове, как мы с Рэй и Верой были преисполнены надежд, сочиняли истории, которые в то время не казались настолько абсурдными.
Я такая глупая.
Спустя несколько дней, в груди все еще ломило, и я растирала ноющую боль между ребер.
― Надеюсь, ты не думаешь об этом, ― вклинилась в мои мысли Рэй.
― А? ― спросила я, отвлекаясь.
Она посмотрела на меня так, словно я получила двойку.
― Ты знаешь, о чем я говорю.
― Трудно не чувствовать себя дурой и кор...
― Мы не чувствуем себя дурами ни перед кем. Никогда. Он дурак, потому что лжец. Он дурак из-за того, что упустил.
― Мне не следовало появляться без предупреждения. О чем я только думала?
― Ты думала о том, что ты ― настоящая находка, и ему повезет, если ты появишься. Особенно после того, как он умолял тебя о встрече. Это не далеко от истины. Все, что ты сделала, это лишила его возможности солгать, чтобы выпутаться.
Я ударилась головой о спинку сиденья автомобиля. Мне нужно было попасть на собеседование, и Рэй сказала, что ее водитель отвезет меня, потому что «никто не должен ехать в метро на важное собеседование». Честно говоря, я настолько плохо спала, что не могла спорить.
― А теперь надень маску стервы и покажи этой засекреченной группе, что им повезло с тобой.
Я снова застонала, когда вспомнила телефонный звонок Эйкена по поводу собеседования. Он устроил тайную собеседование, так что никто из сторон не знал, с кем состоится встреча, обеспечивая защиту личности. Я не хотела раскрывать общественности свою личность, и, очевидно, группа не хотела оповещать всех о том, что им нужна помощь в написании музыки.
― Не дуйся. Это очень важно.
― Знаю. Знаю.
― Гастролировать с группой? Я бы, наверное, заплатила за это. А они хотят заплатить тебе? Да, черт возьми.
Я не могла поверить в свою удачу или в волшебство, которое творил Эйкен. Я хотела отказаться от этого предложения, когда он позвонил на второй день моего погружения в уныние и самобичевание, но ему удалось уговорить меня. Я не должна показывать свое лицо или группу. Достаточно сделать фотографии и намекнуть, что пишу музыку во время гастрольного тура с популярной группой. Это было идеально.
― Ага. ― Я повернула голову в сторону Рэй, улыбаясь. ― Хватит на фургон. И на пару месяцев аренды.
― Да, бл*дь, ― подбодрила она.
Ее подбадривающее высказывание прозвучало в тот момент, когда наш автомобиль остановился перед высоткой. В этом здании можно было арендовать офис для проведения встреч, поэтому у меня не было представления о том, кто ждет внутри.
― Спасибо, любимая.
― В любое время. А теперь забудь Паркера, тупицу, Каллахана и сокруши всех на этом собеседовании.
Когда я выбиралась наружу, она шлепнула меня по заднице и засвистела вслед.
Как только двери лифта закрылись, я стянула куртку. Я утеплилась от пронизывающего нью-йоркского ветра, но теперь из-за нервного состояния температура моего тела накалилась до предела, и я буду счастливчиком, если не начну потеть в своем безразмерном свитере.
Я уставилась на свое растерянное отражение в зеркальных дверях и попыталась расположить куртку и сумочку так, чтобы не выглядеть так, словно нахожусь на грани нервного срыва. Расслабившись, окинула взглядом свой наряд. Бежевый свитер прекрасно сочетался с тёмными широкими брюками, а довершали образ чёрные туфли лодочки настоящей сучки, ну, так сказала Рэй.
Потому что ни одна женщина не может ходить в обуви на шпильках с красной подошвой и не чувствовать себя самой могущественной сучкой в мире.
И когда я вышла из лифта на последнем этаже, пришлось признать, что она была права. Каблуки цокали по керамической плитке, оповещая администратора о моем появлении. Она оглядела меня с ног до головы, вероятно, посчитав, что мой наряд недостаточно хорош по сравнению с ее угольно-черным костюмом. Не то чтобы меня это волновало. Мне всегда нравился мой стиль и то, что он отличается от всех остальных.
― У меня встреча с мисс Куинн, ― заявила я.
