Он знал, как сильно это меня заводит... знал мои фантазии.
― Они были бы так возбуждены, наблюдая за тобой, что им пришлось бы достать свой член, поглаживая его, представляя, каково это ― быть внутри тебя, представляя, каково это ― трахать языком твою сладкую п*зду.
― Да, да.
― Ты позволишь им, милая Нова? ― спросил он, проводя рукой между моих складок. ― Ты бы позволила им полакомиться своей киской в то время, пока я трахаю тебя?
Мне следовало бы смутиться, устыдиться, но с Паркером я всегда могла быть собой ― честной и свободной. Поэтому, когда он коснулся моего клитора, я не стала сдерживаться.
― Да, ― прохрипела я.
Он застонал, толкаясь сильнее... глубже.
― Я хочу признаться.
― Слушаю, ― застонала я.
― Мне бы тоже этого хотелось, ― прошептал он. ― Мне нравится мысль о том, что ты в моих объятиях, когда кто-то другой прикасается к тебе. Потому что они могут прикасаться к тебе только потому, что я позволяю им это. Потому что даже если они могут прикасаться и пробовать на вкус, я знаю, что ты моя.
Прижав лоб к его щеке, я сдалась.
― Я твоя.
Паркер еще раз толкнулся в мою киску, и я снова кончила, на этот раз сильнее и интенсивнее. Все померкло, и я практически свалилась вперед, но Паркер крепко держал меня, продолжая трахать мою спазмирующую киску в погоне за собственным оргазмом. Я начала приходить в себя в тот момент, когда он начал кончать. Он замедлился до мощных, жестких толчков, извергая сперму внутрь меня, вцепившись в меня мертвой хваткой, продолжая стонать в мою кожу.
Мы рухнули вперед, словно бесформенная куча. Он вышел из меня и стал искать рубашку, чтобы вытереться, пока я наслаждалась ощущением его спермы, вытекающей из меня. Желая увидеть его, я приподнялась на локтях и почувствовала совсем другую дрожь в теле при виде липкой жидкости, покрывающей мои бедра. Я потянулась вниз, проводя пальцами по беспорядку между ног... нашему беспорядку.
― Иисус, мать его, Христос. Никогда не видел ничего более сексуального, ― пробормотал Паркер.
Он наблюдал за мной, сжимая в кулаке белую рубашку. Откинувшись назад, я выгнула спину и провела влажными пальцами по телу и вокруг соска.
― Б*яяяяяядь.
Он приблизился ко мне, наклоняясь, чтобы слизать влагу с моего соска, в тоже время проводя рубашкой у меня между ног.
Он поцеловал меня в шею затем в губы, где я почувствовала легкий вкус нас обоих ― терпкий, соленый. Идеально. Еще несколько нежных поцелуев, и он прикоснулся своим носом к моему, а затем заглянул мне в глаза.
― Ты, Нова Херст, ― все для меня.
Этот взгляд. Его слова, произнесенные с благоговением. Его руки, обнимающие меня. Его тело над моим. Все это опаляло меня, словно огонь.
― Паркер.
Я едва слышно произнесла его имя, боясь того, что сболтну лишнего изхза охвативших меня эмоций.
Я люблю тебя.
Он улыбнулся и быстро чмокнул меня в губы.
― Пойду, приготовлю завтрак. Нам нужно подзаправиться, потому что мне необходимо снова тебя трахнуть. И не раз.
Я наблюдала за тем, как Паркер встает и натягивает спортивные штаны, которые свободно болтались на его бедрах. Перевернувшись на бок, я улыбнулась, желая наблюдать за ним весь день.
― Почему бы тебе не порисовать? ― предложил он.
Я оглянулась через плечо, наконец-то оценив красоту утра. Это соответствовало прекрасному чувству, образовавшемуся внутри меня. Эти чувства все время были со мной, но я не могла понять их, и сейчас все встало на свои места. Возможно, рисование поможет окончательно во всем разобраться, и я пойму, что делать дальше.
Я схватила первые попавшиеся вещи ― мешковатый джинсовый комбинезон, ― надела их, собрала атрибутику для рисования и направилась к выходу.
С первым мазком кисти по холсту я почувствовала облегчение.
Я не пыталась создать идеальный рисунок, просто растворялась в цветах, смешении и звуках вокруг себя.
Музыка доносилась через открытые двери фургона, затем раздался голос Паркера, и я замерла.
Меня озарило: Это то, что было нужно.
Я так долго занималась то одним, то другим, всегда отступая, зажимаясь, готовая бежать, но я больше не хотела этого.
Я не хотела жить в страхе.
Страх не был движущей силой в принятом мною решении оставаться в тени, но совершенно точно он сыграл в этом определенную роль. Мне не хотелось, чтобы страх управлял мной, поэтому игнорировала его. Но игнорирование не делало его менее реальным, и мне было необходимо взглянуть страхам в лицо, если я хотела двигаться вперед в развитии своего бизнеса... и с Паркером.
Я любила его.
Я любила его настолько, что готова попытаться. А для этого мне нужно быть решительной и ничего не бояться.
― Яичница с беконом подана, моя госпожа. ― Паркер с поклоном поставил тарелку на стол, а затем осмотрел мою картину. ― Не хватает маленькой детали, ― заявил он. И точно так же, как и много лет назад в моей комнате, взял кисть, обмакнул ее в краску и поставил незаметную точку на картине. Создавая наш шедевр. ― Идеально.
Он сел, и я не могла отвезти от него взгляд, словно видела его впервые ― на этот раз я готова кинуться в омут с головой, без условностей.
― Ты в порядке? ― спросил он, уплетая бекон.
