“Псих”, – подумала я.
– Псих, – шепотом сказала Алена.
– Ну, что, нам, наверно, пора, – громко сказала Даша, отставляя в сторону бутылку пива. Заметив это, неформалы потянулись к газону, как гвозди к магниту.
– Ваша карма, – обратился к нам тип, – оставляет желать лучшего.
– Ваш внешний вид – тоже, – отпарировала Даша. Чья бы корова мычала.
– Простите, как часто вы ощущаете себя свободными? – спросил тип.
– Вы здесь проводите социологический опрос? – поинтересовалась я.
– Я провожу время. Провожу его, как ток, от одного куска пространства к другому.
– Не знаю, как мои драгоценные сестры, – прошипела Даша, – а я почувствую себя катастрофически свободной, когда вы смотаетесь отсюда.
– Не получится, – покачал головой тип. – Какая свобода? Человеку с вашей кармой давно пора броситься под электричку.
– Спасибо за совет, – поблагодарила Даша. – Прям щас пойду и брошусь.
– Я адвайт-ведант, – сказал тип, – и меня научили смотреть на вещи так, как в этой стране смотреть на вещи не принято. Поэтому большинство вещей видны мне насквозь. Подумайте, всё ли вас устраивает в вашей жизни? Не пора ли разорвать эти путы и пойти на фиг?
Я искоса взглянула на сестер. В из глазах отражался полный абзац. Наверно, они в моих увидели то же самое.
– А не пора ли вам оставить нас в покое и пойти на фиг? – поинтересовалась Даша.
– Вы думаете, я сумасшедший, – печально ответил тип, – или, по крайней мере, посланец иного мира. Но это не так. На самом деле меня зовут Слава, и я аспирант психфака МГУ.
– Знаем, знаем, – кивнула Даша. – У меня подругу недавно оттуда выперли, за профнепригодность. В результате обследования выяснилось, что у нее, единственной в группе, нет психиатрического диагноза.
– Что такое диагноз? – усмехнулся тип. – Один из вариантов наименования комплекса психологических особенностей. Речь не об этом. Речь о том, что есть лестница.
– А еще есть служба 03, – шепнула мне Алена и дрогнувшей рукой поднесла к губам бутылку пива.
– Ее можно пройти шаг за шагом, – продолжал тип, – ограничивая себя во многом и добиваясь еще большего, так делают мудрецы. А можно сократить этот путь. Так сделал один рок-певец и попал в психушку.
– Пойдем отсюда, – одними губами произнесла Алена.
– Вам неинтересно узнать, что такое внутренняя свобода? Иные стремятся к этому десятки лет и только в одном мире понимают, что это такое, а вы не хотите получить ее сразу?
Он открыл дипломат, долго рылся и достал наконец перевязанный ниткой мешочек, в каких подобные люди хранят благовония и траву.
– Не скажу, как это называется, – сказал он, – нехорошо разбалтывать страшные индуистские тайны. Разделите траву на три части и заварите чай. Если потом вас что-то не устроит, возвращайтесь сюда, я буду вас ждать.
– А как с вами связаться? – спросила Даша. – У вас есть контактный телефон?
– Нет, – сказал тип, – но я буду вас ждать.
– А еще есть служба 02, – шепнула я Алене. – Статья за хранение наркотиков.
– О том, стоит ли называть свободу наркотиком, можно долго и безрезультатно спорить, – отозвался тип. – Или вы боитесь?
– Ничего я не боюсь, – фыркнула Даша.
– Настоящий поэт без страха говорит о любви и смерти, – с пафосом произнесла Алена, – поэтому он имеет моральное право бояться всего остального.
– И сколько вы хотите за эту байду? – спросила я.
– У меня похмелье. Купите мне пива. Я вижу, на более дорогие напитки у вас денег нет.
Меня стал разбирать истерический смех. Хороший способ добывать деньги на пиво. Надо тоже так попробовать.
– Если вы обладаете паранормальными способностями, – сказала я, – почему бы вам не зарабатывать на пиво с их помощью? Или не выпить этого чая и стать свободным от всего, включая похмелье?
– Один мой друг умеет лечить внушением и двигать взглядом предметы. Тем не менее он работает слесарем и живет в коммуналке.
– Идите на фиг, – сказала Даша. – Ваши приколы нам надоели.
Тут к нам подошел старый бич в драных джинсах.
– Дайте, пожалуйста, пива, – попросил он.
– Иван Петрович? – удивился тип. – Девочки, это мой бывший преподаватель. Я думал, вы после увольнения уехали за границу. Иван Петрович. Как поживаете?
– Хорошо, – ответил Иван Петрович. – Как психолог, я всегда чувствую, кто подаст мне на опохмел, а кто не подаст.
Сердце мое не выдержало, и я купила им пива. Я, в сущности, не злой человек, просто Алена и Даша меня достали.
19. 00.
По дороге я вспомнила, что надо бы купить хлеба, но денег не осталось, так как я купила психологам пиво. Денег вообще почти не было. Я отправила сестер домой, а сама пошла к папаше: у меня с ним были менее прохладные отношения, чем у сестер.
Папаше было лень искать бабу в чужом районе, и он нашел ее в своем. Причем неподалеку от нас. Он сидел на кухне четырехкомнатной квартиры, пил коньяк и в припадке ностальгии искал глазами тараканов. Их не было. Были посудомоечная машина и новый кухонный комбайн.
– Как дела, пап? – спросила я.
– Хреново, – сказал он. – Люся хочет устроить меня старшим клерком в свою фирму, а я в этом ни хрена не понимаю. Я бы с удовольствием сидел дома и варил суп, но мне не позволяет самолюбие.
