Водяная ведьма полностью

Я выехала из города. Мое пламенное настроение немного смягчили добрые слова Билла. Я так и не отсоединила Айпод Брока от своей стереосистемы, так что снова включила его музыку. Голос Кейт Буш заполнил машину, она пела о чем-то, пойманном под ловушкой льда. Я всегда считала эту песню странной, но теперь она заставила меня задуматься о духе Брока, борющегося с ледяными туманами Нифльхейма. Я надеялась, что сегодня круг, наконец-то, освободит его.

Поднимаясь по длинной дороге к ферме Олсенов, я заметила, как высоко на холме над окружающей сельской местностью стоит их дом. Выйдя из машины, я повернулась, чтобы полюбоваться видом. Поля сена, кукурузы, и огороженные травянистые пастбища простирались на север до окраины деревни и на юг до соседней, меньшей фермы. Я всегда думала, что Брок и Айк просто мелкие предприниматели, которые управляют питомником «Вальгалла» и выполняют грязную работу для горожан ради подработки. Не думала, что у них настолько процветающая крестьянская семья. Ферма Олсенов, должно быть, одна из самых больших в долине. Стоя здесь, чувствуешь себя хозяином всей долины, не только своих собственных полей и пастбищ, но и других мелких ферм, усеивающих долину, деревню на севере, и густых лесов, распростертых на востоке.

Я моргнула и посмотрела на все внимательнее. На золотое сено развивающееся на ветру и глубокие изумрудные пастбища. На аккуратные белые заборы и ярко-красный сарай. Все сияло в летнем солнце. Но не только солнце было источником их блеска. Все, начиная от травинки на лугу до красной краски на амбаре, светилось золотистым светом. И когда я посмотрела еще внимательнее, то увидела лучи света, идущие от полей и заборов — тонкие золотые линии, которые сформировали сложный узор над фермой Олсенов, словно тонкая золотая вязь на обложке книги. Узор распространялся на все фермы в долине, пересекал Траск-роуд и заканчивался на краю леса.

— Мы можем создавать защиту над фермами и в деревнями, но не над лесом.

Я обернулась. Позади меня стоял Айк — в джинсах и вездесущей фланелевой рубашке.

— Как ты узнал, что я не просто любуюсь вашими результатами в управлении фермой?

— В тебе столько Эльфийского золота, что ты ломаешь узор. Смотри…

Я повернулась, поднимая руку, чтобы защитить глаза… и увидела пульсацию сети золотых нитей над полями.

— Имея в себе столько Эльфийского золота, нельзя не заметить стражей, — сказал он.

— Я повредила твоим… защитникам?

— Они довольно устойчивы. Норны укрепляют их раз в год, в неделю перед солнцестоянием. В это время их магия становится сильнее.

Я снова взглянула на акры земли, покрытые замысловатым узором.

— Должно быть, это сложная работа.

— Да, но это необходимо. Если бы не стражи, фермы и деревни будут открыты для леса. И всего, что может выйти из него.

«Или потеряться в нем», — подумала я, вспомнив рыбаков, которые пропали без вести в лесу.

— Как Брок? — спросила я.

Тень пробежала на сильно нахмуренном лбу Айка.

— Я начинаю бояться, что он никогда больше не проснется. Прошло четыре дня. Я не знаю, что мы будем делать, если он все еще будет без сознания, когда… я имею в виду, если… проход закроется.

— О чём ты? — спросила я.

— Не знаю, должен я увести его в Царство Фей или нет. Я не знаю его желаний. Он очень привязан к Фейрвику. С тех пор как мы пришли сюда, он видел себя хранителем города. И я знаю, что он не захочет оставить тебя здесь без защиты. Но, если Дори уйдет…

— Дори планирует уйти? — спросила я, шокированная и встревоженная тем, что девушка думает об уходе из Фейрвика. Она была непременным атрибутом города — членом Ротари-клуба и руководителем библиотечного совета. Как город сможет обойтись без нее? Как я буду без нее и всех других добрых соседей? Я почувствовала рывок в груди, как будто кто-то затянул там узел.

Айк ахнул. Взглянув на поле, я увидела, что золотые нити теперь дрожат, как живые электрические провода.

— Что случилось? — спросила я.

— Это твоя боль при мысли о том, что твои друзья уйдут. — Мужчина странно посмотрел на меня. — Теперь ты — часть Фейрвика. Ты чувствуешь потерю всех наших добрых друзей.

— Конечно, чувствую, — сказала я, положив руку на сердце. Узел болел, как при спазме мышц, но у меня было такое ощущение, что болело бы сильнее, если бы не этот узел. Тогда это было бы пустое место. — Вот почему мы не хотим, чтобы они уходили.

Айк обнадеживающе улыбнулся, а затем повернулся, чтобы провести меня вокруг дома.

— Мы сегодня разместились на воздухе, — сказал он. — Норны думают, что круг будет более мощным, если провести его в лабиринте.

— Лабиринт?

— Да, Брок построил его несколько лет назад для нашей Аммы, чтобы она могла использовать его для медитации. Он всегда открыт для круга, как и для тех, кто хочет пройти лабиринт.