Водяная ведьма полностью

На мгновение мне стало интересно, каким стало мое лицо, какой отпечаток беспокойства, возможно, упал с меня, но тут я переполнилась большим удивлением, поскольку линии золотого света начали вращаться по кругу, закручиваясь в спираль над нашими головами. Спираль начала заворачиваться в конус, энергия двигалась все быстрее, голоса становились громче, свет стал ярче, размыв лица вокруг меня. Я слышала уханье сов и вой волков, среди человеческих голосов, видела на свету каждый цвет радуги — и несколько цветов, которых в ней не было. Был лунный свет и сияние солнца, нежный румянец рассвета и кобальтовая синь сумерек, и водоворот звезд той поры, когда они еще не были звездами. В спирали кружились все времена. Когда она достигла своего пика, голос — возможно, все наши голоса — вскрикнули.

«Сейчас!»

Спиральный конус взлетел в пространство… и я вместе с ним.

Я путешествовала сквозь темноту, сквозь тени такие глубокие, что могла ощутить вкус мрака на своем языке. Я почувствовала, что если вдохну чернильный мрак, он вольется в меня. Я почти запаниковала, но тут же почувствовала кольца спирали вокруг себя и поняла, что я защищена, пока остаюсь в круге. Смутно, на расстоянии, я слышала голоса, поддерживающие меня на плаву. Когда мои глаза привыкли к темноте, я поймала вспышки изображений, освещенных спиралью: морской пещеры, заполненной отблесками света; поляны в лесу; каменного круга на пустоши — места, что я заметила, когда участвовала в создании круга в прошлый раз. Эти места всегда были в кругу, вне времени, выложенного слоями внутри спирали. И всегда, в центре каждого круга, стояла одна и та же фигура — женщина в капюшоне, с серебряным ножом в руках.

В прошлый раз я не знала, что это была женщина.

Увидев ее, я хотела отступить, но услышала голос в тенях.

«Сюда».

Это был голос Брока.

Я пожелала себе, — и спирали, — остановиться. Завитки спали с меня, как обручи кринолина и я осталась стоять в шестилепестковом цветке, выписанном черными чернилами на бледном камне в центре лабиринта, находящегося внутри огромного собора. Внешний край круга был обрамлен зажженными свечами. За пределами круга сидел человек на каменной скамье.

— Брок! — позвала я и направилась к нему, но как только моя нога пересекла линию лабиринта, тело пронзило импульсом электричества. Я сделала шаг внутри линий, и не почувствовала ничего, кроме низкого гула. Видимо, чтобы попасть к Броку, нужно пройти по лабиринту. Аккуратно продвигаясь между линиями, я поняла, где нахожусь. Это был средневековый Собор Богоматери в Шартре. Я посетила его во время учебы за границей на третьем курсе университета. Когда я вышла из лабиринта, Брок улыбнулся мне и похлопал по скамейке, приглашая присесть рядом с собой.

— Кайлех, я предполагал, что ты можешь прийти, — сказал он так спокойно, как если бы мы столкнулись в деревенской закусочной.

— Круг пытается найти тебя с тех пор, как ты упал с моей крыши, — объяснила я, садясь рядом. Я хотела обнять его, но, насколько я знала, это смутит его, и, к тому же, я не была уверена, стоит ли нам прикасаться друг к другу в этом… измерении, чем бы оно ни было. Несмотря на то, что мужчина был похож на Брока, — я узнала эту клетчатую фланелевую рубашку, натягивающуюся на мышцах рук и груди, рябое лицо, глаза, столь же добрые как всегда, от него исходило странное свечение.

— Я так и думал, — сказал он. — Вот почему я пришел сюда. Долли рассказывала мне об этом, когда писала книгу о средневековой Франции. Она рассказала мне, что в той истории героиня ждала в лабиринте, когда друг придет и спасет ее. Я решил, что ты тоже знаешь эту историю, и придешь рано или поздно.

— «Единорог и роза», — сказала я, вспоминая роман Дэлии ЛаМотт, в котором героиня, Розамонд дю Монморанси, путешествует во времени в средневековую Францию, проходя шартрский лабиринт. Я была тронута тем, что Брок знал, что я приду искать его. — Мы действительно в Шартре? — спросила я, выискивая признаки туристов вокруг огромного собора.

Брок усмехнулся и покачал головой.

— Не Шартр, что во Франции, но его точная копия внутри спирали. Я не очень-то понял, — признался он застенчиво, — Долли сказала, что лабиринт существует вне времени, но я не уверен в том, что это значит.

— Я так рада, что нашла тебя, — сказала я. — Все будут счастливы увидеть тебя… но как мы вернемся?

Стирая линии лабиринта, по земле полз туман.

— Мы должны вернуться в центр лабиринта, — сказал Брок, беря мою руку в свою мозолистую ладонь. — И, боюсь, что ты должна идти первой.

— Хорошо, — сказала я, отправляясь первой и разыскивая входа, который теперь был едва различим в тумане. Пришлось пригибаться к земле, чтобы увидеть линии лабиринта. От этого было очень неудобно держать Брока за руку и он опустил меня пообещав оставаться рядом со мной. Я медленно двинулась вперед. Каждый раз, как мои ступни касались линий лабиринта, я чувствовала разряд тока, предупреждающий меня не пересекать их.