– Воды хотите? – спросила Люси.
– Если вам хочется проявить гостеприимство, то да.
Она посмотрела на него так, словно до сих пор не решила, стоит ли всадить в него пулю. Но затем достала стакан и открыла краник на фильтре. В стакан полилась вода, ожил цифровой дисплей.
28,6 галлона… 28,5 галлона.
Анхель заметил, что Люси набирает воду одной рукой. Она не перестала следить за ним и пистолет тоже не отложила, но, по крайней мере, уже в него не целилась. Очевидно, других уступок он сегодня от нее не добьется.
– Раньше вы были осторожнее в своих статьях, – сказал он.
Люси сухо взглянула на него и протянула ему стакан.
– Вы теперь стали критиком?
Анхель отсалютовал ей стаканом.
– Вы знаете, что в старые времена охотники на тамариск, встречая друг друга на берегах Колорадо, всегда делились водой?
– Что-то слышала.
– Они уничтожали растения, которые высасывали воду из реки, – тамариск, тополя, русскую оливу и все прочее. Это было еще до того, как Калифорния начала затягивать реку в «соломинку», так что конкуренция была страшная. Чем больше они зачищали земли, тем больше воды получали в награду. И каждый раз при встрече они менялись водой. Совсем понемногу, фляжка на фляжку. И пили вместе.
– Ритуал.
– Точно. Своего рода напоминание о том, что все они заодно, даже если сражаются за одни и те же крохи. – Он выждал. – Вы со мной выпьете?
Она изучающе посмотрела на него и в конце концов покачала головой:
– Мы не настолько близки.
– Как хотите. – Анхель все равно поднял стакан в ее честь – дар жизни – и сделал глоток. – Потеряв своего друга Джейми, вы решили рискнуть – и теперь боитесь каждой тени, думаете, что по вашему следу идет дьявол. С чем связана такая перемена?
Люси отвернулась, заморгала. Похоже, собиралась с духом.
– Удивительно, что меня это беспокоит. Он был таким козлом…
– Да?
– Он был… самовлюбленным. – Она помолчала, подыскивая слова. – Любил хорошо выглядеть. Ему нравилось думать, что он умнее остальных. И доказывать это.
– И поэтому погиб.
– Я пыталась его предостеречь.
– Чем он занимался? – спросил Анхель.
– Может, вы сами мне расскажете?
Снова жесткий тон.
– Наверное, чем-то связанным с правами на воду, – предположил Анхель и сделал глоток. – Чем-то большим и ценным.
Он посмотрел на ее компьютер.
– Заблокирован, – предупредила Люси.
– Я не хотел ничего вынюхивать.
– Ну да, как же. Почему убили вашего друга Восовича? – спросила она. – На кого он работал?
– Если у вас есть его имя, значит вы уже знаете, на кого.
Она раздраженно взглянула на него:
– В удостоверении сказано, что он работает в Солт-Риверском проекте, но это явная липа. Может, он и получал там жалованье, но, по-моему, был чьим-то «кротом».
– Это какая-то фантастика.
– «Кроты» – фантастика? – Люси рассмеялась. – Лос-Анджелес осушил долину Оуэнс в двадцатых годах двадцатого века, и даже тогда у него были «кроты». Если это стоило делать тогда, значит, черт побери, стоит и сейчас.
– Ну, поверю вам на слово.
Анхель повернулся к стойке и поставил стакан. Заметил лиловую кожаную сумочку с серебряной вышивкой, рядом с ней ключи и телефон.
– Симпатичная. – Он прикоснулся к сумочке.
– Вы не ответили на вопрос.
– Все равно красивая.
– Это «Салина». Вы не похожи на модника.
– Обычно я выбираю «Си-Кей баллистик». – Он потрогал бронежилет. – Свое дело делает.
Казалось, она была разочарована.
– Джейми разбирался в одежде, даже мне ее покупал. Мне некогда этим заниматься, а он всегда пытался дать мне что-то крутое. – Она пожала плечами. – Все время повторял: «Тебе нужны крутые вещи, девочка».
– Все хотят быть крутыми, – ответил Анхель и потянулся к ее телефону.
Люси выхватила мобильник у него из рук.
– Вы не ответили на мой вопрос. – Она села на диване, скрестив ноги, положила пистолет рядом с собой.
Внезапно Анхель обратил внимание на ее фигуру и решил, что она его заводит. Ему нравились ее ноги, ее бедра, ее задница. Ему нравились ее серые глаза. Ему нравилось, что она не боится его, не ведется на разные бредни и готова рисковать ради того, чтобы добыть нужные сведения.
– Ну и все-таки? – не отставала она. – Кто он, ваш друг в морге?
– Серьезно? – Анхель нашел стул и уселся напротив нее. – Вы слишком умны, чтобы задавать такие вопросы.
Люси нахмурилась:
– Я в угадайку не играю.
– Ну так не угадывайте.
– Вегас, – решила она. – Вы – нож для воды, работаете на Кэтрин Кейс. Вы – ее человек.
Анхель рассмеялся:
– Я думал, вы скажете «агент Ноль-Ноль-Семь».
– Вряд ли вы достаточно умны, чтобы быть агентом Ноль-Ноль-Семь. Наглости пялиться на мою задницу вам хватает, а вот ума – не очень.
Анхель откинулся на спинку стула, стараясь не подавать виду, что ее слова его задели.
– Ножей для воды не существует, – сказал он. – Это просто слухи, миф. Они – как чупакабра: то, на что можно свалить вину, когда что-то идет не так. У Кэтрин Кейс нет ножей для воды, есть люди, которые решают проблемы. У нее есть адвокаты, агенты, гвардики, это да. Но ножи для воды? – Анхель пожал плечами. – Вряд ли.
Люси резко рассмеялась:
– Значит, у нее нет агентов в департаментах водопользования других городов?
– Нет.
