- Нет, молодой человек, - властно причмокнув раскрашенными во всю ширь губами, продолжала она, - вы ведь недавно у нас работаете, и видимо пока что не до конца знаете наши порядки. Дежурный водитель работает всю смену. А не часть её.
Я улыбнулся так широко, как только мог.
- Ну работаю я у вас к счастью и вправду не так уж давно, однако достаточно для того чтобы знать свои права.
- Значит, вы будете работать всю смену, я правильно поняла?
Хромовичёва уставилась на меня вопросительно.
- Нет, - спокойно возразил я.
- У вас нет выбора, вы не можете отказаться, если уже выехали из депо.
- Зато я могу поставить вагон на запасной путь после очередного круга и уйти.
- Кто это вам позволит так сделать? – значительно повышая голос, воскликнула Хромовичёва.
- А вы думаете, я буду кого-нибудь спрашивать?
- Конечно! – её явно взбесил мой тон и то, как я с ней разговаривал. – Я ваш начальник и я не позволю…
- Вы мне зарплату не платите! – решительно прервал я свою собеседницу, также переходя на повышенные ноты.
- Что? – изумлённо переспросила она.
- Вы мне зарплату не платите! – с холодным бешенством и гораздо медленнее повторил я. – Вы мне не начальник!
Хромовичёва опешила. Её соседка, сидевшая до той поры молча, тут же быстро заговорила:
- Молодой человек, да вы что…
- Я вам не молодой человек! – рявкнул я на неё. – У меня есть имя и отчество! Если хотите и дальше ко мне обращаться обращайтесь только так.
Воцарилась небольшая пауза. Диспетчерша наблюдала за нашим диалогом испуганно и как-то съёжась.
- Так, Наташа, - обратилась к ней Хромовичёва, - позвони в депо и скажи что никакой смены не надо.
- Настоятельно рекомендую вам не делать этой глупости, - повернувшись к диспетчеру, произнёс я.
- Молодой человек, - громко и возмущённо заговорила Хромовичёва, - я ваш начальник…
- Вы начальник двадцать третьего маршрута, - бесцеремонно перебил я её, - а кроме того, вы такой же нанятый на работу человек, как и я. Насколько я знаю здесь не ваша частная лавочка, а государственное предприятие. Потому возьмите себя в руки и постарайтесь соблюдать субординацию.
Хромовичёва то смотрела пристально на меня, то переглядывалась со своей соседкой. Она была поражена и возмущена.
- Я всё равно заставлю вас отработать эту смену! – почти прокричала она вдруг. – А если вы откажетесь…
- То что? – со злобной иронией спросил я.
- То… то…
- То… то… - передразнивая её, протянул я. – Вы ничего не можете. Вы – никто!
- Вы не смеете так со мной разговаривать!
- А вы не смеете так разговаривать со мной!
Хромовичёва залилась краской. Было видно: гнев душил её.
- Я имею право заставить вас отработать смену. Я как-никак начальник маршрута!
- А я и не отказываюсь отработать свою смену.
- То есть вы будете работать?
- Конечно, только моя смена кончится через четыре часа. Половину я уже отработал.
- И будете работать до конца! – почти закричала Хромовичёва.
- Только с письменного распоряжения моего непосредственного работодателя! – холодно и медленно проговорил я.
- Что – о – о?
Хромовичёва тяжело дышала. Её глаза метали огонь.
- Что – о – о? – переспросила она.
- С письменного распоряжения моего непосредственного работодателя! – также расторопно повторил я. – Так написано в кодексе.
- В каком кодексе? – задала вопрос серая мышь, также как и диспетчер, ёжась от ужаса.
- В трудовом, - едко и с торжеством внутри растолковал я. – Слышали о таком?
- Я должна дать вам своё письменное распоряжение? – совсем сбитая с толку произнесла Хромовичёва.
- У вас очевидно мания величия, - нагло улыбаясь, заговорил я, - или вы уши плохо по утрам чистите. Я сказал: с пись – мен – ного рас – поряже – ния моего непосредственного работо – дателя! Разобрали, что я говорю? Непосредственного работодателя! Ещё раз повторить? Вы что ли мой непосредственный работодатель? Вы? – я начинал переходить на крик. – Я к вам на ра-бо-ту не устраивался! Вы мне зарплату не платите! Вы вообще – никто! Пустое место!
«Старая проблядь вонючая!» - добавил я про себя.
И тут же продолжал уже кричать хриплым рыком:
- Вы поняли, что я сказал?! Вам это ясно? Письменное распоряжение не от вас, а из отдела эксплуатации, можно из отдела БД, или на худой конец от Судаковой или директора депо! Но не от вас!!! Кладите его на стол, и я отработаю вашу грёбаную смену!
Две заключительные фразы я орал так громко, как только умел. Громче уже не мог. Я решил оторваться на всю катушку. Благо надо где-то выпускать пар. Держать в себе эмоции это очень вредно.
Все три присутствующих дамы сидели совершенно пришибленные. Ужас был написан на их лицах. Они явно не ожидали такого. Я же и не думал скрывать своего бешенства. Я смотрел на Хромовичёву с нескрываемой яростью.
- Вы… - выдавила она из себя спустя мгновения, - вы… вы… вы обедали?
От данного вопроса я немного пришёл в себя.
- Что это за чушь собачья? – рявкнул я.
- Вы… - снова начала было Хромовичёва.
