— Он очень красивый, — с тоской говорит Мара. — И открытое небо… Ты ещё не видел звёздного неба, и неба на закате, и плывущих по небу огромных облаков…
— Увижу ли я их когда-нибудь? Или всю жизнь проведу здесь?
Горбалс жадно смотрит вдаль, в сторону внешнего мира. Мара сжимает его руку.
— Потерпи ещё немножко, — говорит она.
Со шпиля открывается прекрасный вид на центральные башни Нью-Мунго, куда приходят грузовые суда. Как же им захватить корабль, вывести его из башни, а потом провести через ворота? И, если им это удастся, как потом добраться до Гренландии?
Это невозможно, решает Мара. Но за высокой городской стеной лежит лодочный лагерь. Отсюда его не видно, но он там. А значит, надо искать какой-то выход.
Из-под воды медленно выступают крыши погибшего города, напоминающие сейчас палубы затонувших кораблей. Внизу громко скрипит флагшток, на котором треплется старинный флаг, больше похожий на драную выгоревшую тряпку. А флагшток похож на мачту корабля, выброшенного на берег Нижнего Мира, думает Мара.
— Нам пора, — тревожно говорит Горбалс. — Уже поздно, скоро начнётся трезвон.
Они спускаются и торопливо идут назад через залы, пробираются через хлюпающие, залитые водой пещеры туда, где оставили свой плот. Горбалс начинает грести, раздвигая веслом пятнистую от солнечных лучей воду.
— Всё будет в порядке, — говорит ему Мара. — Шпане гораздо интересней звонить, чем гоняться за нами.
— Дело не в крысоедах, — начинает он. — Это…
Пронзительный вой наполняет Нижний Мир. Мара подскакивает от неожиданности. Со стороны Нью-Мунго на воду падает ослепительный луч света. Рёв сирен оглушает.
— Небесные люди! — кричит Горбалс. — Надо прятаться!
Он яростно гребёт, но тут волна приподнимает плот и закидывает его прямо под опоры древнего моста, туда, где он обрывается в никуда.
— В автобус! — кричит Мара.
Они влезают на мост, мчатся к ржавому остову и, спрятавшись, смотрят сквозь давно выбитые окна на целую вереницу морских мотоциклов и катеров, вырвавшихся из ворот небесного города. С воем, грохотом и горящими фарами они проносятся мимо.
— К собору, — говорит Горбалс.
— Шпана! — ахает Мара. — Нет!
«
— Нет, Мара! — вопит он.
Но Мара уже бежит по мосту и спрыгивает на плот. Похолодев от ужаса, он прыгает следом. А она яростно гребёт вслед за морской полицией.
Они сидят, скрытые густыми зарослями камыша, у самой воды. Горбалс крепко держит Мару за руку, чтобы та не кинулась через кладбище к собору, туда, где собралась морская полиция, где вспыхивает яркий свет и оглушительно воет сирена.
— Мара, мы не можем подойти ближе. Это слишком опасно. Нам надо уходить отсюда, пока нас не заметили. Может, твоего крысёныша тут вообще нет, он ведь шляется повсюду. Но, даже если он здесь, мы ему всё равно не поможем.
— Я не отдам им Винга! Не отдам!
— Их много, а мы одни. Что мы можем сделать?! Нас схватят или убьют.
— Моя семья погибла, Горбалс, — всхлипывает Мара. — Братишке было всего шесть лет, он был такой же, как Винг. И моя лучшая подруга умерла. И Роуэн, мой друг, возможно, тоже умер. А я никому не сумела помочь, хотя всё это случилось из-за меня, потому что это я привела их сюда. И теперь я опять ничего не могу поделать… и буду беспомощно смотреть, как погибает Винг, а с ним и другие дети!
— В этом нет твоей вины, Мара. Так получается. Ты здесь ни при чём!
Из собора доносятся звуки пальбы и детские крики.
— Это невыносимо!
Мара вырывается из рук Горбалса и начинает продираться сквозь заросли камыша. Чертыхаясь и громко шлёпая по воде, Горбалс бросается следом. Перебегая от могилы к могиле, они незамеченными добираются до задней стены собора. Схватив обломок могильной плиты, Мара швыряет ею в окно, расположенное почти у самой земли. Горбалс помогает ей вынуть осколки цветных стёкол, торчащие из рамы, и залезть на подоконник.
Спрыгнув в помещение, Мара оказывается в полутьме. Откуда-то сверху, из центрального зала собора, доносятся ужасные крики и вопли, грохот и стрельба. Только теперь Мара осознаёт, что действительно ничем не может помочь водяной шпане. Она бессильна!
— Они их убивают, Горбалс, — всхлипывает девочка.
Но тот не отвечает. Мара испуганно выглядывает в окно. Горбалс исчез.
Ей кажется, что этот кошмар будет длиться вечно. Но крики и пальба постепенно стихают. Мара сидит в темноте, сжавшись в комочек, не смея пошевельнуться. И в какой-то момент понимает, что не одна.
— Горбалс? — тихонечко шепчет она.
Однако никто ей не отвечает. Внезапно прямо напротив себя она видит две светящиеся точки — два горящих глаза. Затаив дыхание, Мара вглядывается в темноту. Она различает знакомые очертания острых ушей, слышит шорох хвоста, метущего по пыльному полу. Перед ней сидит лис!