– Чёрт! – Я мрачно посмотрел на чайку, и она ответила мне таким же мрачным взглядом.
К счастью, чайка была всего одна, а не две. Я попросил Джонни высадить меня на углу и, петляя, чтобы оторваться от возможных преследователей, пришёл наконец к Рокету. Он просил меня принести для акции мщения его сёстрам кое-какие ингредиенты из школы – они были у меня с собой.
Ещё у порога я услышал, что сёстры сегодня дома.
– Эдва-а-а-а-ард, будь любезен, закрой дверь в свою комнату! От твоих дурацких моделей клеем воняет! – пожаловалась Рамона, младшая из сестёр, которая хотела стать звездой «Ютьюба». Но пока ей удалось набрать только триста сорок пять подписчиков (я посмотрел).
Я видел по лицу Рокета, что ему стоит нечеловеческих усилий удержаться от ядовитого замечания. Но нам нужно было, чтобы перед актом мести сёстры ничего не заподозрили. Поэтому он лишь крикнул:
– О’кей!
Ненадолго повисла тишина.
– Что значит «о’кей»?
– «Хорошо, закрою».
– А, ясно.
Мы принесли из его комнаты материал для нашей проделки и занялись в кухне нашим, скажем так, пищевым производством. Мы аккуратно срезали ножом дно конфет или откачивали старую начинку шприцем, чтобы не было заметно. Шприцы, очевидно, принесла одна из сестёр – по профессии сиделка, – чтобы перелить косметику. Я то и дело поглядывал на руки Рокета – работал он ловко и проворно.
– А дальше что? – спросил я, когда мы опустошили все конфеты.
– Теперь нашпигуем их новой начинкой. – Рокет улыбнулся и достал из огромного покрытого красным лаком холодильника банку. – Вот, например, острая горчица. А это – паста чили. – Он начинил конфету и заклеил её жидким шоколадом. – Почти незаметно! А они жрут эти сладости не глядя, пока пялятся в свои невыносимые девчачьи сериалы.
– Я принёс из школы помёт броненосца. Подойдёт в качестве начинки?
– Отпад! – Рокет ухмыльнулся ещё шире.
Пока мы запихивали коричневые шарики в конфеты и залепляли их, Рокет спросил:
– У вас в школе есть броненосец? А ещё какие звери?
– Преимущественно морские оборотни… Ах да, и ещё одна пантера. – Я осторожно засунул один из «деликатесов» обратно в коробку. – Не хочешь тоже к нам перейти?
– Не, мне нравится в старой школе. – Рокет пожал плечами. – Хотя мне бы весьма пригодились практические советы по превращениям. У вас нет почасового репетиторства?
– Вряд ли, но я спрошу, – сказал я.
Несколько минут мы молча сосредоточенно работали, а потом Рокет ни с того ни с сего сказал:
– Инженер.
– Что?
– Я хочу стать не астронавтом, а инженером. Одним из тех, кто строит эти штуки. А летает на них пусть кто-нибудь другой.
– А полечу тогда я, – брякнул я и лишь потом сообразил, что для оборотня – тигровой акулы это, пожалуй, не самая лучшая идея. Жаль! Зато есть другие професии, к которым такие, как я, пригодны больше обычных людей. Хотя сейчас мне ни одной не приходило на ум.
Мы укомплектовали полкоробки кошмарных конфет, и Рокет остался доволен. Великий момент настал. Мы торжественно промаршировали в гостиную, где Рамона и Шаника, развалившись на диване, болтали и пялились в смартфоны.
– О, круто, ещё один подписался! Уже триста сорок шесть подписчиков! – радовалась Рамона. – Дела идут в гору.
Рокет кашлянул, чтобы они обратили на него внимание.
– Эй, вы двое. Спасибо, что заботитесь обо мне, пока мама на работе, – сказал он и протянул им конфеты. – Я вам кое-что принёс.
Сёстры медленно выпрямились на диване. Рамона улыбнулась.
– Очень мило с твоей стороны, астрофрик. – Она дружелюбно взглянула на меня. – Кажется, твой новый друг благотворно на тебя влияет.
– Я знаю, иногда с нами непросто и мы чересчур строги с тобой, – сказала Шаника и, притянув к себе оторопевшего Рокета, взъерошила ему волосы. – Ты тут ни при чём, Эдвард. Эта работа вымотала мне все нервы.
Мы с Рокетом беспокойно переглянулись. Нам пришла одна и та же мысль: эти сёстры всё же не так плохи, как мы думали. Лучше забрать подарок обратно, да поживее!
Поздно.
Рамона уже открыла коробку, взяла одну конфету и сунула её в рот. Мы замерли.
Несколько секунд, пока она жевала, ничего не происходило.
– Какая хрустящая! – сказала сестра Рокета, протянула руку и взяла ещё одну. – Не слишком сладкая, зато пряная. Я такие люблю.
– Что, правда? – выдавил я. Наверное, это был «деликатес» Джаспера. Я чуть не поддался искушению тоже попробовать одну.
Тем временем Шаника тоже взяла конфету:
– О, с чили! Круто!
– Да… э… круто. – Рокет совершенно обалдел. Настолько, что, когда Шаника протянула ему коробку, автоматически взял конфету и смущённо вертел её в руке, не зная, куда деть.
– Ешь давай, – улыбнулась ему сестра. – Мы ведь не хотим съесть всё в одиночку! Или мы похожи на эгоисток?
– Нет, но мы съели сегодня уже много сладостей, – сказал я.
Сёстры не слушали отговорок, и у Рокета не было выбора. Он осторожно откусил кусочек конфеты – я надеялся, что это всего лишь чили. Но по коричневой начинке я понял, что это «деликатес» Джаспера.
– Очень вкусно – э… я в туалет ненадолго, – сказал Рокет и сильно заторопился. Через пару секунд я услышал звук слива в унитазе.
Тем временем Шаника попробовала конфету с горчицей:
