– Выносить вещи поодиночке, чтобы избавиться от них. У меня возникло ощущение, будто он прощался с ними, любил…
– Кто знает, что было у него на уме.
– Позволь выпить за тебя, сержант Дэли, – поддалась Сьюзан внезапному порыву.
– Выпить за меня?
– Да, за тебя, Ирвин. За то, что ищешь правду, за то, что позволяешь мне участвовать. Для меня это тоже важно. По ряду причин.
– Это я должен благодарить тебя за этот вечер, – он коснулся ее руки.
Мерцание свечи отражалось в его глазах, и на секунду ей показалось, что они стали глубже. Она покраснела, но уверила себя, что из-за теплого света и духоты в ресторане Ирвин этого не заметил.
– Ложитесь так, как привыкли. Закройте глаза. Дышите глубоко и ничего не произносите. Достаточно того, что говорит мне ваше тело. Не удивляйтесь, оно способно само, без вашего ведома, нести информацию, а я сама определю слабые точки. Ваш страх – он живет и управляет вами, вашими мыслями и поступками. Он велит, что вы должны чувствовать, как одеваться, когда вставать по утрам и возвращаться домой. Вы – это и есть ваши ощущения.
Первое, что вы должны запомнить, Сьюзан, – вам нечего стыдиться. Страх смерти – естественное состояние человека. Даже несмышленый младенец уже испытывает его, хоть пока и не способен это осознать. Крик, который раздается в моменты голода, плач, вызванный болями в животе, – это не что иное, как жажда жизни, о которой он заявляет окружающим. Вырастая, дети забывают об этом страхе. Они кажутся бесстрашными, дышат полной грудью, их не сломить. Идут годы, и человек приобретает достаточно знаний, чтобы подойти к страху смерти уже не с позиции инстинктов, как неразумный ребенок. Нет, он подходит к нему рационально, обдуманно. В его багаже большой запас, тяжелый груз чужих смертей, свидетелями которых он стал. Возможно, он тоже потерял кого-то, и по мере того, как смерть все ближе подбирается к нему, он понимает, что то же самое ждет и его.
Вы пережили тяжелую утрату в момент взросления. Потеряли отца, и тело его так и не было найдено. С того дня вами завладел иррациональный страх, выражающийся в боязни воды и смерти. Вы испытываете панику в моменты, созданные для удовольствия. Минуты, которые жизнь подарила нам для радости, оборачиваются для вас моментами слабости.
Сейчас это испуганное тело, боящееся смерти. Но это вполне естественное состояние. Помните: в мире, где никто не умирает, все оставались бы детьми с их жизнелюбием и бесшабашностью. В таком мире просто не было бы взрослых, понимаете? Я попросила вас лечь, а вы свернулись калачиком. Вот что говорит мне ваша поза: «Я боюсь даже лежать так, как лежат люди в момент смерти». Вы боитесь открыться самому понятию открытости. Но, Сьюзан, если вы боитесь смерти, значит, вы боитесь и жизни тоже. А жизнь прекрасна и так коротка. Нельзя отравлять ее страхом. Тем более страхом неизбежного. Лишь приняв его в себе, вы сможете научиться удивляться тем дарам, что приносит с собой существование на этой земле.
Дышите спокойно. Не стоит бояться. Смерть – это не конечное состояние. Это состояние даже более привычное человеку, чем жизнь, не удивляйтесь моим словам. Ведь жизнь длится в среднем не больше восьмидесяти лет. А что есть состояние небытия – состояние, из которого мы все произошли? Вечность. Сколько длится вечность? Подумайте об этом и ответьте мне, вы готовы отправиться в это путешествие со мной? Не открывайте глаза, Сьюзан, просто скажите.
– Да, я готова.
…Оставить свой лик на останках
Тех башен, что сожжены…
– Привет, Слайго! С вами Сьюзан Уолш и истории, которые интересно слушать.
Вчера исполнился месяц со дня гибели девятерых моряков, чьи жизни унес атлантический шторм, и в городской церкви по этому поводу прошла большая поминальная служба. Множество жителей нашего графства пришли почтить память погибших, в том числе и я. После службы мне по традиции захотелось возложить цветы к монументу «Ждущей на берегу», хранительнице этого места, благословляющей все западное побережье Ирландии и оберегающей тех, кто каждый день уходит в непредсказуемые воды океана.
Подобные трагедии уже случались. И каждый раз мы надеемся, что это не повторится вновь, однако океан могуч и беспощаден. Он забирает отцов у детей, мужей у жен, сыновей у матерей. Лишает поддержки семьи, оставляет зияющую пустоту. Мое сердце наполнилось болью, когда я смотрела на потемневшую от близости к океану фигуру, чьи руки в немой мольбе воздеты к горизонту, небу, океану. Они просят о милости для всех, кто уходит туда, где бушуют дикие волны, это руки той, кто жаждет увидеть родные лица, взывает к стихии, чтобы корабль возвратился целым и невредимым. «Ждущая на берегу» – символ всех женщин побережья, на которых остается дом, сохранность и безопасность детей. И пусть лицо ее выражает страдание и боль, но мы видим в нем надежду на благополучный исход. Снова и снова.
