Дениз, встав из-за стола, медленно подошла к Анри и провела ладонью по его небритой щеке. Щетина колола ее руку, слова Анри кололи душу.
- Seni çok özledim (я очень скучаю по тебе).
Он поцеловал тыльную сторону ее ладони, крепко ее сжав.
- Эта любовь на грани. У нас с тобой все всегда на грани. На грани срыва. На грани безумства. Почему я не могу забыть тебя, хотя, давно уже пора? Пора прекращать это, Анри. Я должна тебе рассказать…
- Нет. Я не дам тебе ничего сказать.
- Почему?
- Потому, что ты не сможешь, - Анри, схватив Дениз за шею, жадно поцеловал ее в бордовые, пухлые губы. Так долго они ждали этого момента, так томились в мучительном ожидании, и, наконец, когда их встреча состоялась, держать себя в руках больше не было сил. Анри подхватил на руки Дениз и донес до большой деревянной кровати, застеленной стеганым одеялом. Он ненасытно целовал ее, спускаясь от шеи к груди, затем к животу. Дениз практически перестала осознавать, что с ней происходит, она купалась в его любви и удовольствии. Словно, не прошло тех долгих месяцев, что они не виделись. Всё, как раньше: та же страсть, те же руки, неаккуратно ласкающие ее бархатное тело.
- Как давно мы не делали этого, да, любимая? Ты уже забыла меня? – шептал в забвении Анри ей на ухо. В ответ, Дениз лишь издала протяжный стон, почувствовав, что ее тело наполняется им. Она чувствовала запах его кожи, такой родной и, в то же время, такой забытый. Все быстрее они двигались в одном ритме, раскрываясь друг другу с новой силой, навстречу плотскому удовольствию. Вверх и вниз, по ее телу он водил руками, остановившись, прикасался губами к груди и снова набирал темп.
- Я тебя люблю...всегда любил, - повторял Анри, - люблю…
- Люблю, - отвечала она неразборчиво, шепотом.
Они лежали молча, уже не смея что-либо сказать, словно и не было сейчас их страсти. Боялись спугнуть друг друга, испортить момент.
- Оставайся, - тихо произнес Анри, - не уезжай. Неужели тебе не хочется, чтоб так было каждый день? Как раньше. Не хочется все вернуть?
- Хочется, - голос Дениз дрогнул, - но, вернуть ничего уже нельзя.
- Ты же говорила сейчас, что еще любишь меня. Ты врала? – возмутился он.
- Нет, конечно. Есть одно обстоятельство. То, что я хотела тебе рассказать, но, любовь к тебе и желание оказались выше моих сил…
- Говори же.
- Меня выдают замуж по воле моей семьи. Сделать с этим я ничего не могу. Там замешан не только брак, но и бизнес партнерство. Если отец сейчас разорвет обещание, данное моему жениху, это будет позор для всей моей семьи на веки, никто и никогда больше не заключит с отцом никаких сделок, и не только деловых.
Ее слова проникали в мозг Анри медленно и разрушали все его представления об их отношениях и о любви, в целом. Он не мог поверить в то, что сейчас произошло, но еще больше не мог поверить в слова Дениз.
- То есть, как? Подожди, а тебя не спросили? Ты что, вещь?
- Не спросили. Родители знали, что больше я ни с кем не встречаюсь, поэтому спокойно договорились без моего ведома о браке. Если бы ты был рядом, возможно, этого бы не случилось.
- Как я мог быть рядом, если ты уехала, бросив меня и не желая больше слышать обо мне? – Анри резко скинул одеяло на пол.
- Я устала от вечной роли «мамы» в твоей жизни, «Анри не кури, не подходи к бутылке, возвращайся пораньше домой…» Я ждала, что ты помчишься в след за мной. Клянусь, если бы ты приехал, я бы никогда не допустила, чтоб мою судьбу решили за меня.
- Я боялся. Да, я испугался после нашего последнего разговора, что мой приезд тебе не нужен.
- Значит, ты слишком плохо меня знаешь.
- Но и тот мужчина, незнакомец, он не знает тебя вообще? Ты будешь целовать другого мужчину, спать с ним, рожать ему детей? Дениз, ты что?
- Буду. Такова судьба.
- А любить? Любить будешь?
- Любить буду тебя. Сердце не выбирает, кого любить. И, даже мои родители, не смогут выбрать. С кем я буду в браке, они выбрать смогли, но не любить. Наше сердце не предоставляет нам возможность выбора. Я привыкла, что любовь к тебе сопровождается регулярными страданиями и болью. Так что, буду теперь страдать на расстоянии. Из одной крайности в другую.
- Останься со мной, больше никаких страданий, я теперь другой. Особенно, узнав такую весть. Прошу тебя.
Дениз посмотрела на большие старинные часы с кукушкой:
- Нам пора выезжать. До рассвета я должна быть у Дани.
- Мы не закончили, - грубо взяв ее за локоть, сказал Анри.
- Мы закончили, дорогой. Все на этом.
- Зачем ты сейчас отдалась мне тогда, раз все закончилось?
- Это была лебединая песня. Моя и твоя. Теперь, нам надо расстаться. Уже, навсегда.
Ни сказав больше не слова друг другу, они оделись и вышли из шале. Вокруг, все было затянуто густым туманом, удивительно прохладно для конца августа.
Такси остановилось у ворот дома ровно в 6.00. Дениз попыталась быстро встать и выйти из машины, но Анри поспешно взял ее за руку. В его глазах читался немой вопрос. Дениз, покачав головой сказала:
- Мне пора. Не провожай.