— Мне бы попить. Со вчерашнего дня во рту ничего не было. Вернее, было, но в живот не попало, а попало на вашего друга. Мне б водички граммов сто, а лучше двести, а если триста, да ещё в виде кофе с молоком, то я вас расцелую, — Василиса постаралась сделать голос максимально жалостливым.
По лицу Адэра было видно, что ему есть, что мне сказать. Секунда. Лицо теряет эмоции, грудь приподымается, плечи разворачиваются и резкий поворот на 180 градусов — Адэр уходит.
— Может надо было идти за ним? – задумчиво произнесла Василиса. – Но если я правильно помню, то он мой хранитель, а я — не собачка, чтоб за ним бегать.
Посмотрев по сторонам, Василиса ничего интересного не увидела (стены, колонны, арки проходов – все из каменных блоков). Тогда она решила привести в чувства лежащего у алтаря. Ну или хотя бы попытаться. Из школьного курса про неотложную помощь Василиса смогла вспомнить только то, что нужно облегчить дыхание. Присев на колени, она попыталась расстегнуть воротник рубашки. Пуговицы были прикрыты планкой и доступ к ним был с обратной стороны, от той где сидела Василиса. Пространство между алтарём и мужчиной было слишком маленьким, чтобы Василиса там поместилась. Тогда она, недолго думая перекинула ногу через мужчину и начала расстёгивать пуговицы. Василисе было тяжело дышать, а во рту всё превратилось в пустыню, поэтому сама, не замечая, Василиса открыла рот и стала делать глубокие и медленные вдохи –выдохи.
— Что ты делаешь?!
От неожиданности Василиса осела. Не успев отойти от одного шока, она почувствовала, что ей между ног явно что-то мешает.
— Не останавливай её, пусть продолжает. Не знаю, что она задумала, но за возможность ощущать прикосновения охры, наслаждаться её запахом, я согласен даже на пытки. – Лисон постарался придать своему голосу уверенности. Он не мог разобраться со своими чувствами. Его распирало от счастья, что на него обратила внимание охра и страх, что за право быть рядом с ней придётся терпеть физические муки. И его всё ещё мучило ощущение, что они призвали неправильную водорождённую.
— И тебе совсем не бросает в ужас от возможного расставания с частью тела? Эту охру интересуют не только пытки, но и некоторые части тела, причем отдельно от их носителя.
— Да сколько можно? Что плохого я вам сделала? Я ни разу в жизни никого не пытала. Почему вы меня постоянно унижаете. А у самих даже воды не допроситься… — с каждым произнесённым словом голос Василисы дрожал всё больше. На последнем слове её голос сорвался, и она беззвучно заплакала.
Слёзы не несли облегчения, но отвлекли Василису. Теперь все её мысли были направлены на слёзы: „Нельзя плакать. Нельзя, чтоб кто-то услышал мою боль и страх. Соберись! Ты — не тряпка Василиса, ты – сильная. Нельзя плакать. Слишком дорого я плачу за свои слёзы.
Хорошо. У меня всё будет хорошо.
Я – сильная. Я – всё переживу.
Задравши голову вперёд пойду.
На зло врагам станцую и спою.“
Это, придуманные ещё в детстве, стихотворение Василиса повторяла как мантру, каждый раз, когда её настигало отчаяние. Она постаралась отрешиться от мира и полностью слиться со словами. Её уже не трясло, но слёзы предательски продолжали капать.
Глаза Василисы были закрыты. Мысленно она полностью ушла в себя. Поэтому, вздрогнула от неожиданности, когда Адэр взял её руку и вложил в неё чашу с родниковой водой.
— Вода-водица любимая сестрица
Прошу, жажду утоли,
Сил для жизни подари.
Откуда взялись в её голове эти слова Василиса не знала. Отпивая воду маленькими глотками, она чувствовала, как её обволакивает успокоение, а тело наполняет энергия.
Сделав глубокий вдох, Василиса мысленно посчитала до трёх и встала. Когда она подымалась, увидела, как руки мужчины, лежащего на полу, потянулись к ней. Ей показалось, что он хотел её схватить, но так и не решился.
— Может поговорим?
Адэр отвел взгляд. Ему было очень стыдно, что он довёл охру до слёз, а ведь если разобраться, то она ничего плохого не сделала. Статус главы потока силы не позволял ему извиниться. Да он толком и не понимал за что надо просить прощения, только чувствовал, что виноват.
Лисон поднялся, поправил на себе одежду, пригладил пятернёй волосы на голове, сделал шаг к Василисе. Смотря прямо в глаза Василисе, он прижал правую руку к груди.
— Позвольте представиться – глава жрецов Лисон. Никто не ожидал, что вы останетесь в нашем мире, поэтому комнаты для вас не подготовлены. Предлагаю позавтракать в столовой, после перебраться в комнату для посетителей, где и обсудим ваши планы и требования.
— Что вы, какие требования. Максимум пара-тройка (пауза) десятков пожеланий, которые вам лучше удовлетворить.
[1] Немного переделанная считалка из детской книги. Считалка в ней не менее кровожадна.