Думала, что уже привыкла к этой удушающей смести запахов. Похоже я сильно ошибалась. Когда эти трое обступили меня, воздух пригодный для дыхания резко закончился. Я пыталась дышать через рот, но у меня плохо получалось, тело совсем перестало слушаться и действовало самостоятельно. Сознание начало уплывать.
— Она сейчас потеряет сознание и больше не очнётся. Стоит дать ей противоядие и надо её хотя бы водой облить.
— Уверен.
— Я хоть и специализируюсь на ядах, но всё же целитель. Когда кто-то в шаге от смерти, я могу определить и без артефактов.
Моё тело по-прежнему ничего не чувствовало, но по нему прошла волна силы и мне стало легче.
Эти трое начали завывать. То ли мой слух потихоньку отказывал, то ли они так безбожно фальшивили, но уловить речь в издаваемых звуках я так и не смогла. У меня даже голова разболелась.
Что? У меня болит голова! Нет у меня болит всё. Ад вернулся.
— Её мужья должны были уже умереть. Почему её брачная татуировка всё ещё цела? Время на исходе.
— Цела, но уже бледная. Сейчас, можно перетянуть брачные нити на себя и стать её мужьями и хозяевами её жизни. Я всё продумал и захватил из королевской сокровищницы артефакт, с помощью которого проводят замену мужей, когда прежних отправляют на пожизненное заключение. Осталось получить её согласие.
Меня скрутило от приступа боли. Я бы наверно орала, если бы было чем.
— Похоже противоядие ещё не подействовало. Её тело корчится, а она не издаёт не звука.
— Дай гляну. Её связки уничтожены. На их восстановление времени нет.
— А кто сказал, что согласие обязательно давать в слух. Василия, согласна ли ты вручить свою жизнь мухранам Демиду, Демьяну и Демиру? Дай согласие, и всё закончится. Боль уйдёт и больше не надо будет мучиться. Возможно ты даже проживёшь до утра и сможешь узреть нового бога.
Нет! Нет, нет … нет! Боль всё усиливалась. А потом внезапно притуплялась. И в момент передышки мне повторяли вопрос. Я стала единым со словом нет. Мне уже не выжить. Моя смерть неизбежна, это лишь вопрос времени. Но от этого слова зависит судьба мира и жизни тех, кто мне стал близок и дорог. Пустышки только получили надежду на будущее, у меня нет права лишать их шанса. Я выдержу. Нет — мой единственный ответ.
Я больше не могу. Убейте меня. Ещё немного и мой мозг капитулирует. Лучше бы они не делали перерывы. Ждать приступа боли страшнее, чем боль. Как бы сейчас хорошо было потерять сознание, но оно упорно держится. Боги, я уже отказалась от сына и матери, что вам ещё от меня нужно? Дайте умереть! А-а-а…
Боль изменилась. Она не притупилась, а стала другой. До меня начали доноситься непонятные звуки.
***
— Белотур, ты уверен, что мы летим правильно. Под нами великая пустыня. Здесь на сотню километров нет не одного поселения. Все обитатели этих мест очень ядовиты. На самом высоком бархане в центре пустыни растёт Анчар, возле него даже воздух отравлен.
— Она в центре пустыни. Только очень глубоко под землёй. Снижаемся. Вход где-то рядом. — Голос Белотура был неестественным, такой у предсказателей, впавших в транс.
Самка летящура улетела, как только я покинул место наездника. Сам виноват, я ведь не её хозяин, а у неё там остались дети. Прежде, чем спускаться надо было отдать прямой приказ оставаться на месте.
Не успели мы пройти и десятка метров, как были атакованы парой гигантских скорпионов. Хоть самый большой из них и достигал нам только до пояса, но жала на их хвостах было поистине огромными, а клешни спокойно могли перекусить наши конечности. Яда в одном скорпионе хватило бы чтобы убить несколько отрядов мухранов.
Мы победили, но победа далась не легко. Магия жизни была бесполезна, воды — не отзывалась. Атаковал при помощи магии только Адэр, но магия огня не наносила им ощутимого урона. Пришлось идти в рукопашную. Мы все были ранены. Обрабатывать раны было некогда, эликсиры Лисона выпили на ходу.
Белотур в сражение участие не принимал, но и время зря не терял. Он успел найти не только вход, но и разобраться как его открыть.
Туннель был не очень большим. В нём спокойно мог идти только один, двоим бы было уже тесновато и сражаться они бы точно не смогли. Источников света мы не обнаружили, как же хорошо, что со мной были захваченные из школы фонарики. Делать факелы для огня было не из чего и некогда.
Было принято решение первым идти Адэру, вторым Ждану, третьим мне и четвёртым Лисону. Передвигались быстро, но не на столько чтобы стать обессиленными. Своё тело я всегда держал в тонусе. Пробежать десяток километров для меня было не проблемой. Мы не прошли ещё и одного, а я уже чувствую, что замедляюсь. Странно, что и у других скорость снизилась.
— Стойте! Я должен всех проверить. С телом что-то не так.
Лисон сначала проверил нас руками, потом достал приборы и даже взял у каждого анализ крови.
— Не могу сказать, что это. Точно не болезнь и не действие яда. Вернее, все мы отравлены трупным ядом и медленно умираем. Заражены уже давно, яд стал размножаться и захватил большие части наших тел. Но есть что-то ещё. Что-то тянет из нас жизнь.