— Вот держи. Последние силы использовал, чтоб доставить. Там такое твориться. Дом окружило не меньше тысячи хранов и мухранов. Твои хранители держат оборону только благодаря окутавшему всё вокруг густому туману. Там дальше пару шагов ничего не видно. Вот и бьют мухраны наугад, а храны ждут пока маги воды туман уберут. Пора бы прибыть оставшимся мужьям. Что же их так задержало?
— Надеюсь ничего, с чем они не справятся.
Высыпала муку на стол, добавила соли, перемешала. Сделала небольшое углубление посередине смеси и залила туда воду. Пока переносила воду в ладошках, всё просила её о помощи и защите. Замесила крутое тесто и вылепила подкову.
Тесто использовала не всё. Оставшегося хватит на создания трёх монет величиной с мою ладонь каждая. У моей бабушки в красном углу за иконами лежали три оберега, которые я сейчас и решила сделать. О них никто из чужих не знал. Сколько раз я спрашивала у бабушки и дедушки, как они могут верить и в бога официального и в языческих. На что мне всегда отвечали: „Лучшие ангелы-хранители и святые покровители — это предки. В каждом роду найдутся достойные стать посланниками бога. Мы ведь все его создания.“
Так, и чем же мне нарисовать руны на тесте. Огляделась по сторонам и не обнаружила ничего подходящего. Зашла в ванную комнату. Ножка у зубной щётки слишком толстая, больше ничего, что могло сойти за палочку для письма не обнаружила.
— Жалко бить посуду. Осколком я бы точно нарисовала.
— Василия, не надо разрушать — твоя сила в созидании. На вот держи лучину. Мне её первая хозяйка подарила и велела никогда с ней не расставаться, а в тяжкий час новой хозяйке отдать. Эта лучина из ветки сосны, что растёт на горе Миротворца. Она может освещать помещение несколько дней, прежде чем сгорит до тла.
Лучина была маленькой и очень острой. Пока рисовала обереги, да украшала орнаментом подкову умудрилась несколько раз палец проколоть. Так что все мои поделки оказались выпачканы кровью. Но это меня совсем не тревожило, а наоборот появилось ощущение правильности происходящего.
Всё готово. Если положить обереги в „красный угол“ особого труда не составило, я всего лишь передвинула в угол столик. То с подковой возникли проблемы. Сначала никак не могла вспомнить, как она должна висеть: концами вверх или вниз. Как ни странно, но дилемму помог решить домовой. Его первая хозяйка вешала подкову концами вверх, чтоб счастье в дом позвать, а когда на душе у неё было неспокойно, то переворачивала подкову, чтоб дом защитить. Подкова в таком положении не даёт отрицательной энергии в дом просочиться, а злые мысли и посылы скатываются по её дужкам вниз и возвращаются к тому, от кого пришли. Точно, у бабушки было две подковы: одна висела ножками вниз с наружи, а вторая внутри и ножками вверх.
Получалось, что подкова должна висеть на входной двери в дом. И как мне это осуществить. Выходить из комнаты очень опасно, да и гарантий, что подкова из теста, сделанная обычной женщиной, хоть и потенциальной ведьмой, может помочь, не было никаких. Скорее была надежда и вера в чудо, а ещё жгучее желание хоть что-то делать. Решение пришло внезапно. Оно было на столько неожиданным, что я сначала подумала, а не навеяно ли оно мне из вне. Посовещавшись с домовым, решила осуществить задуманное.
— Я центр своей семьи и вершина семейной пирамиды. А эта комната находится в центре дома моей семьи, самое защищенное место в доме. Я женщина, жена и мать, по воле богов являюсь хранительницей домашнего очага. Как хозяйка дома определяю место очагу здесь. — после этих слов подпалила лучину от свечи и втолкнула её в стык между двумя каменными плитами. — Благословляю эту комнату стать местом силы моей семьи, — и подкова была надета на лучину.
[1] Летящур — Летающий гигантский ящур. Глуп. Плохо размножается, но хорошо поддаётся дрессировке. От природы любит перетаскивать большие яйцеподобные предметы.
Стою, смотрю на стену и жду чуда, но ничего не происходит. Даже в магическом мире одной веры мало, чтоб свершилась магия. Одно радует, что пока страдала ерундой, хоть немного отвлеклась от переживаний. О том, что происходит за дверью, я думала постоянно, просто работая, хоть ненадолго отгоняла панику.
Чем же сейчас себя занять, я не знала. Неужели, всё, что мне осталось — это молиться и ждать. Да только мне ближе пословица „ На бога надейся, а сам не плошай.“ А я даже не могу придумать, чем защищаться буду, если в комнату всё-таки проникнут. В сотый раз посмотрела на дверь. Если бы та открывалась во внутрь, то я бы её забаррикадировала. Дверь в ванной комнате открывалась во внутрь. Но вот как её забаррикадировать: ванну я в жизни с места не сдвину, а кровать в эту дверь не пролезет. Карцер есть карцер. В него прячут людей, а не в него прячутся.
Посмотрела, как течёт вода, залюбовалась горением огня и решила помолиться четырём богам. Хоть в этом помещении и не было символов двух богов, но бог жизни всегда с нами, пока мы за неё боремся, а в доме и в округе сейчас много магов смерти, думаю, что есть шанс быть услышанной и богом смерти.