— Ах, ~ я так устал, ~ Итачи, не могла бы ты потереть мне спинку? Я был бы очень благодарен. — я сидел к ней спиной для удобности принятия ее решения и лишь краем глаза заметил ее парализованное состояние от моей просьбы, но стоило ей встать со своего места, взять стульчик и подойти ко мне, то я тут же понял, что нам обоим с Саске не показалось. Этот ее странный жест действительно имел
Мыльная мочалка проводила по моей спине вверх и вниз. Медленно, легко и просто. Без какого либо пошлого или романтического контекста. Предложил и выставил руку по которой была проведена мочалка, а следом и вторую. Сама того не осознавая Итачи постепенно повышала планку этого безобидного занятия которое уже переходило определенную черту. Ее ладони с мочалкой вышли из-за спины и осторожно провели черту сверху вниз по моему торсу, отчего ее полная грудь опасно коснулась и легла на мою спину. Я довольно усмехнулся и нагло решил задать провокационный вопрос.
— Итачи, почему бы тебе не использовать свою грудь для этого? Я слышал, что это очень эффективный способ умывания.
Конечно же, все это было сплошным бредом и очевидной ложью, но мне хотелось, чтобы она приняла это и исполнила мою просьбу. Я не поворачивался назад, а лишь слышал простой звук падения полотенца на пол. Несколько секунд ей потребовалось для того, чтобы намылить свою грудь пеной и проводить довольно эротичными и приятными поглаживаниями плотью вверх и вниз по моей спине. Я чувствовал ее грудь, ее напряженные соски и ощущал ее томное дыхание. Было невыносимо мучительно, приятно и интересно получить подобный опыт. Даже Саске не могла похвастаться таким достижением. Ее мочалка еще проводит моему спортивному торсу. Все еще пытается сохранить между нами сугубо деловые отношения и что это на самом деле некая особая техника умывания. В конце-концов, я не мог лишь довольствоваться этой игрой. Мне хотелось большего…
— Итачи, пожалуйста, помоги своей грудью вымыть мне перед.
Я знал, что она не откажется и что не будет давать заднюю после всего того, что она сделала, а потому решил уже сам развернутся на стуле к ней лицом. Все ее лицо не способно скрыть ее лиловые щеки, виноватый и смущенный взгляд. Все еще молчит и пытается создать вид невинной особы. Ее соски были красивого розового оттенка, ее ореолы идеального размера, которые соответствовали торчащим бутонам, указывающим на нее из ее огромных холмов. Этот экстравагантный размер груди должно быть был создан на заказ, это была абсолютная огневая мощь, которая могла посоперничать с самой Цунаде Сенджу. Одна из главных причин почему этого сравнения или соревнования не будет заключалось из-за ее тихого, скрытного и безразличного образа жизни. Ее не интересовало социальное мнение или такие понятия как близкие друзья или знакомые. Для нее всегда в приоритете будет Саске и никто больше. Я с тяжелым и усталым вздохом просто убрал свое полотенце в сторону явив ее взору мою внушительную и напряженную эрекцию от которого она томно и шумно вздохнула и на пару секунд удивленно приподняла брови.
— Ну же, не разочаровывай меня…
Поудобнее развел ноги в разные стороны позволяя ей припасть ко мне на колени подложить между своими намыленными в пене грудями мой напряженный половой орган. Движения неуверенные, медленные и скованные. Было сразу понятно, что Итачи никогда особо не занималась чем-то подобным. Даже так было довольно приятно ощущать ее полную, мягкую и упругую грудь. Как она идеально подходила под мой член и почти полностью зажимала между ними. Лишь кончик напряженно выскальзывал из них и настойчиво чуть касался ее подбородка. Также, как и ее младшая сестра, эта неуверенность, неопытность и скованность с каждой последующей минутой пропадали. В этом интимном акте она постепенно раскрывалась с совершенно новой стороны.
— Я… я правильно делаю? — этот фальшивый невинный и безобидный волнительный вопрос озвучивает Итачи, когда она сама того не осознавая трахала меня своими сиськами, как сумасшедшая, своим искусным, как местные люди называют «Пайзури». Уже будучи наиболее оснащенной, она также продемонстрировала мастерскую способность доставлять удовольствие. Я не смог сдержать выходящий наружу блаженный стон, мои руки рефлекторно обхватили ее полушария, погрузились в приятную плоть, и кончиками пальцев слегка потер и поигрывал с ее напряженными сосками. Мой колоссальный член застрял в бутерброде с ее бледными сиськами.
