— Да, пустяк! М-может отпустишь меня, а? Ты мне сейчас ребра сломаешь… — усмехнулся и отпустил его, так как забываю иногда насколько люди хрупкие. Похлопал по плечу на прощанье и отправился в кузницу клана Воронов.
Самая отличительная черта данной кузницы заключалась в том, что в ней единственным освещением было лишь пламя печи, раскаленной стали, а само пространство напоминало темную закрытую комнату в которой невозможно было увидеть не то, чтобы инструментов для работы, но и свое собственное тело. Все пространство вокруг было плотно окутано вуалью тьмы и оно на манер липкой и тонкой тенью окутывало оружия этого клана. В этом месте орудовал лишь один кузнец. Старая, горбатая и костлявая человекоподобная ворона которая имела маску черепа ворона на лице. Его седые волосы небрежно спадали на плечи и грудь. Несмотря на немощный и слабый образ данная ворон был почетным, сильным и самым опытным среди своего поколения. Его глаза давно потеряли возможность видеть свет, но его внутреннее зрение позволяло очень хорошо и четко видеть результат своей работы. Шершавые и грубые бледные пальцы проводили линиями по лезвию, плотно и сильно сжимались вокруг рукояти молота и отбивали несвойственные своему образу мощные удары по раскаленному лезвию на наковальне. Помещение постоянно источало жар, а запах раскаленного металла щекотал нос и вызывал какое-то щекочущее ощущение. Он был упрямым, грубым и очень мерзким в плане своего характера старикашкой. Словно дедушка который постоянно жалуется на новое поколение. Именно из-за этого упрямого характера он не принимает учеников. Да и не нужно ему это по причине того, что клан Воронов может сразу после его смерти передать его знания и опыт кому-то другому. Манипуляция душами — это одна из специализаций Воронов. Я не считал это чем-то удивительным, так как Атрис еще при нашей первой встрече рассказал мне о том, что они заключают сделки с душами умерших людей, переписывают их суть и дают им новое предназначение в своей новой жизни, а это как минимум необходимо иметь знания в области духовной магии.
— Пришел таки, да⁈ Все еще хочешь создать свое произведение искусства? Хмпф! До чего же вы, люди, странные. Всегда ищете способы убивать более красивым, элегантным или интересным способом. Подарил бы ей лучше один из моих клинков и…!
— Заткнись, Хаадур. Меня не интересует твое мнение или мысли на этот счет. Да, красота, элегантность и интерес — это вторичная причина, но основная причина заключается именно в эффективности. Данное оружие должно быть создано лишь под её и только «Её» руку.
— Хм-м-м-пф! — в очередной раз озвучивает недовольный хмык, а мои глаза «Uchūgan» / «Глаза Космоса» видят как эта старая и наглая ворона скрестила свои руки на груди. С помощью своих глаз я был способен видеть в этой темноте и самое главное видеть сколько мне еще необходимо времени для получения необходимого результата.
В первую очередь отправил в крупный круглый тигель сломанные мечи для плавления металла. После того как металл был расплавлен и смещан с кровью он был отправлен в простую плитку для формы с лезвием обоюдоострого меча. Несколько ударов молота, разбрасывали желтые искры в разные стороны, жаркая атмосферы комнаты исходящая от печи вызывало пот и учащенное дыхание. Использовал свой молот Мьёльнир для этого занятия, так как лезвие легче поддавалось на удары. В те или иные моменты преобразовывал покров полного подчинения Биджу и поднимая ладонь с лезвием смотрел на результат ударов, а после чего возвращал лезвие обратно на наковальню. Под конец лезвие имело серебряный цвет и имело стандартную обоюдоострую форму, а от него тянулась черная тонкая рукоять. Клинок внезапно «ожил» от него я ощутил мысленный контакт и попытка установить связь со своим создателем. Он желал знать своего мастера и какая именно форма для него уготована.
В следующее мгновение я просто напросто бросил лезвие обратно в тигель и в без какого-либо сожаления отправил клинок обратно плавится.
Данный процесс повторялся вновь, вновь и вновь. Мне не хотелось, чтобы в Мире Шиноби мое отсутствие могло продлится дольше, чем от этого требуется, а потому я в очередной раз использовал в этой комнате руну «Tíð» для искажения времени в пространстве. Я наивно полагал и считал, что этот процесс не будет занимать так много времени, но я недооценил сознание данного оружия. Оно стойко переносило пытку сжигания и уничтожение своей формы. Из раза в раз я менял форму и создавал новую, но оружие не могло понять моего послания. Я не мог прямо «сказать» ей или передать образ своего желания. В качестве намека на основную суть своей «Учиха» я кормил лезвие каплями своей крови. Каждый раз, когда я уничтожал и вновь лишал её формы превращая в жидкую массу я отправлял и даровал ей небольшую награду. Создавал природный инстинкт. Когда лезвие будет иметь такой же аппетит и жажду крови, как и «Обезглавливатель» и запоминать своего создателя и его наследников. Данное оружие будет подчинятся и раскрывать только мне и моим наследникам.
