За время моей работы я осознал, что это была жестокая, но необходимая процедура по созданию моего желания. Я играл с жизнью. Пусть и не настоящего человека, но личности оружия которое не понимала, что конкретно я от него желал. Оно ненавидело и любило меня в равной мере. За то, что я создал его и за то, что я дарую ему такое приятное лакомство в виде моей собственной крови.
Со временем металл окрасился в глубокий черный оттенок от количества расплавления. Я ощущал, как все мое тело уже было на пределе и было истощено из-за того, что данная печь постоянно поддерживало температуру в более чем 2000° градусов. Хаадур благодаря своей одежде был способен пережить работу в кузнице, но ему необходимо выходить наружу для того, чтобы освежить свое тело и получить в свои легкие свежий воздух. Даже мое уникальное тело и количество чакры не помогало мне бесконечно находится здесь. Конечно, я мог в любой момент прекратить и отдохнуть, но я был упертый, решительный и глупый идиот который был слишком сосредоточен на достижение своей цели. Я слишком ответственно подходил к этой теме из-за Саске и не желал не потерять контроль над этой процедурой даже на какую-то минуту. Мое оружие должно быть идеальным и не иметь изъянов. Словно это было мое родное дитя за развитием которого я внимательно следил и ожидал получить от него первого слова или первого шага для завершения этапа своего «взросления».
Я с нетерпением ждал когда оно сможет осознать свою истинную форму и этот момент наконец-то настал…
Двухметровое лезвие обоюдоострого меча на острие клинка источало красный цвет жизненной энергии. Моя кровь сияет и пылает. Бесконечное и неиссякаемое пламя моей жизненной силы. Сама рукоять и гарда грубая, искаженная от плавления и выглядит как камень.
Я чувствовал и ощущал изменение от этого клинка. В этот раз я чувствую, что произойдет
Лезвие источает черно-красное зловоние смертоносной ауры. Сам факт, что я не отправил это произведение искусства сразу в печь уже говорило ему о том, что оно добилось своего. Жаждало, предвкушало и возбужденно ожидало своего использования. Последний тест. Простая мысль. Лезвие ниндзято мгновенно чуть искажается и уже превращается в полноценную катану. Непостоянная, но в тоже время исключительно верное мне создание созданное из любви и ненависти. Словно отражение самого клана Учиха. Материал металла за время своего создания теперь уже не ограничен формой. Кровь не единственная вещь которое оно способно использовать. Для исполнения своего желания оно способно быстро расщеплять свою структуру и создать какой-либо предмет который может иметь определение «оружие».
Маленькие черные песчинки металла отламываются, крошатся и за секунду создают новый образ. На этот раз создал черные ножны которые запечатают и погрузят сознание данного оружия в сон. В случае высвобождения лезвия из ножен оно мгновенно пробудится и будет мгновенно анализировать и проверять действительно ли оно попало в нужные руки. Никто кроме меня или моего наследия не достойны прикасаться без разрешения этого клинка. Такая же гордая, напыщенная, но все же словно собака крайне верная. Любой, кто пожелает украсть или обладать им будет наказан тем, что оно отрубит конечность или убьет, а после заберет его кровь себе.
Хаадур небрежно, недовольно, но с детской обидой в голосе пробормотал о том, что данное оружие действительно никто не сможет использовать из клана Воронов. Слишком специфичное и очень опасное.
Медленно вложил лезвие в ножны до предсказуемого металлического звука удара цубы о рукоять. Я переместился во внешний мир. На Запад. В лесной регион, на открытое зеленое поле. С одной стороны лесная поляна, а с другой стороны горная возвышенность где-то в два километра в длину.
Неприятно поморщился от яркого солнца, выставил прямой горизонтальной линией ладонь между бровями и все же приятно и глубоко вздохнул прохладный и свежий воздух внешнего мира. Когда мое помутненное и не привыкшее к свету зрение стало более четким, то я мгновенно смог ощутить, как прямо сзади меня появилась Саске.
— Я знала, чем ты занимаешься и не хотела мешать.
