Мюллер взял из протянутой руки Форстера подписанный документ и спокойно вышел. Дальнейшие споры могут только ослабить его собственные позиции.
Возможно, Гидеон Мантизима и дальше станет сотрудничать с Преторией, но Мюллер в этом сильно сомневался. Вождь зулусов обладал достаточной проницательностью, чтобы понять, откуда ветер дует. Руководитель военной разведки ЮАР был твердо убежден: Форстер еще пожалеет о том, что так легко позволил Мантизиме покинуть страну.
Звонок в дверь пробудил Иэна от неспокойного, наполненного кошмарами сна. Потом раздался еще один, на этот раз более громкий и настойчивый. Он нехотя открыл глаза и зашарил рукой, пытаясь нащупать кнопку ночника. Господи, два часа ночи. Кто это может быть? В Йоханнесбурге, как и во всех крупных городах ЮАР, действует комендантский час.
Иэн вылез из кровати и, на ходу натягивая джинсы, пошел открывать. По дороге он наткнулся на диван — коленку пронзила острая боль. Крохотная меблированная квартирка, которую он снимал за разумную плату, была достаточно удобной, но он пока не научился как следует ориентироваться в темноте.
Пары крепких ругательств оказалось достаточно, чтобы унять боль, но выйдя в прихожую, он все еще хромал. Широко распахнув дверь, он уже готов был излить праведный гнев на разбудившего его идиота…
На пороге стояла Эмили.
Даже закутанная в длинное зимнее пальто, она была прекрасна. Возле нее на полу стоял один-единственный чемодан. Она смущенно улыбнулась, а потом подняла глаза на него — они сверкали, как звезды.
— Может быть, я похожа на привидение?
Тут только Иэн осознал, что стоит с отвисшей челюстью, как какой-нибудь деревенский дурачок. Он поспешно привел челюсть в нормальное положение и привлек девушку к себе.
Эмили страстно ответила на его поцелуй.
Затем она отступила на шаг — лицо ее приняло шутливо-серьезное выражение.
— Ну, господин репортер, позволите ли вы мне войти? Или мне придется спать прямо на лестничной площадке?
— Гм. — Иэн потер подбородок, словно обдумывая ее вопрос. — Полагаю, что смогу одолжить вам одеяло и подушку. Хотя боюсь, здесь будет немного прохладно, да и соседям вряд ли это понравится. Думаю, вам все-таки придется войти.
Он со смехом увернулся от ее шутливого удара и пропустил девушку в прихожую.
Сморщив носик, Эмили оглядела интерьер — неудачное сочетание рисунков в дешевых рамах, искусственных цветов, коврового покрытия в темных тонах и стилизации под скандинавскую мебель. По остроумному определению Ноулза, этюд в духе испорченного вкуса двадцатого века. Иэн пожалел, что так и не собрался вымыть скопившуюся в раковине посуду. Его холостяцкие привычки были неискоренимы.
Девушка погрозила ему пальцем.
— Ты совершенно не приспособлен к самостоятельной жизни, Иэн Шерфилд. Тебе нужна хорошая жена, которая заботилась бы о тебе.
Неплохое начало. Тут требовался достойный ответ. Он улыбнулся.
— Я пытался кого-нибудь подыскать, но, боюсь, уж слишком сильно прикипел к тебе.
Она улыбнулась в ответ.
— Это похоже на правду.
У него вдруг возник закономерный вопрос:
— А как твой отец? Он знает, что ты здесь?
В глазах ее промелькнула печаль, и она отрицательно покачала головой.
— Но, Эмили, ведь он станет…
— Тсс. — Она закрыла ему рот тонким пальчиком, от которого исходил нежный аромат. — Вот уже больше двух недель, как отца нет дома. Он безвылазно сидел в Претории, готовя эту… эту резню. — Ее слова прозвучали резко, зло, и он вспомнил, что она сама выпускница Витватерсрандского университета. Возможно, среди тех, кого он видел бездыханно лежащими на мостовой, были ее преподаватели или друзья, — расстрелянные полицией по приказу ее отца. — Немного помолчав, она продолжала, на этот раз спокойнее: — А этой ведьме Фильюн я сказала, что возвращаюсь в Кейптаун, где буду жить у друзей. Они прикроют меня, если отец позвонит.
Иэн кивнул — он был тронут тем, на какой риск ей пришлось пойти, чтобы быть рядом с ним.
Скинув свое тяжелое пальто, она присела на диван. Он сел рядом.
— Понимаешь, Иэн, у меня есть срочная информация. Это совершенно неслыханная новость! — Она вдруг заговорила скороговоркой; ее гнев сменился возбуждением.
Когда она рассказала о подслушанном ею разговоре во время вечеринки у отца, сердце Иэна бешено забилось. Если бы он смог доказать, что Форстер заранее знал о готовящемся нападении АНК на «Голубой экспресс»… Господи! Ему же отдадут первую полосу все газеты в США! Да что там в США — во всем мире!
Но как получить эти доказательства? Вряд ли нынешние руководители страны сразу выложат все начистоту, стоит лишь ему задать несколько вопросов в лоб. Он нахмурился. Ключом ко всему, конечно же, является Мюллер, о котором упомянула Эмили. Мюллер. Имя казалось знакомым.
