Генерал-лейтенант морской пехоты США Джерри Крейг нетерпеливо ерзал в кресле. Проводивший брифинг начальник разведотдела полковник Джордж Слоком все продолжал жужжать. Он в общих чертах обрисовал положение на фронтах в ЮАР за неделю. Это не было обычной военной кампанией. По сути дела, в ЮАР одновременно шли три войны, которые быстро сплетались в один гигантский клубок. И надо было брать в расчет события, происходящие на всех трех фронтах.
Слоком пытался разбавить свое выступление рассуждениями о запутанной внутриполитической ситуации в ЮАР, но Крейгу была не по душе вся эта трескотня. Он профессиональный военный, и охотно оставит политику тем, кто держит бразды правления в Вашингтоне.
Генерал снова поерзал, медленно проводя рукой по ежику рыжеватых волос. Пожалуй, было бы не совсем вежливо заснуть на брифинге, который сам велел провести. К тому же ЮАР сегодня представляет собой самую горячую точку, и ему надо знать, что там происходит.
— Генерал?
К его уху наклонился один из помощников.
— Да?
— На линии Вашингтон, сэр.
Раздосадованный, Крейг поднялся и пошел к телефону. Зажегся верхний свет, и в комнате сразу стало шумно. Раздражение генерала улеглось, когда он услышал голос в трубке.
— Джерри, это Уэс Мастерс. — Крейг хорошо знал этот голос. Уэсли Мастерс учился в академии двумя курсами старше него, им доводилось вместе служить, вместе сражаться на границе демилитаризованной зоны во Вьетнаме и вместе гулять в самых злачных портовых притонах. Мастерс был одним из немногих в корпусе морской пехоты, кто стоял над ним, — фактически самый главный босс, верховный командующий и любимец всего корпуса.
Крейг машинально вытянулся по стойке «смирно».
— Да, господин командующий. Чем могу служить?
Когда подчиненные услышали, с кем говорит Крейг, шум как по команде стих, и все стали прислушиваться к разговору.
— Так точно, сэр, мы как всегда в полной готовности. В следующем месяце у нас учения «Голд-Игл», однако…
— Да, да, сэр, понимаю. — Крейг покачал головой. О Господи. Правильно ли он расслышал? — Вылетаю немедленно. Я передам расчетное время в Эндрюс. До свидания, сэр.
Повесив трубку, Крейг обратился к своим озадаченным подчиненным.
— Слушайте меня, парни. Все дела, запланированные на сегодня, отставить. Всех отозвать и заняться приготовлениями к погрузке.
У присутствующих отвисла челюсть. Что ж, он их прекрасно понимал.
Он повернулся к начальнику оперативного отдела.
— Терри, позвони в Черри-Пойнт. Через двадцать минут мне нужен двухместный
Крейг слегка повысил голос, чтобы перекрыть шум в переполненной комнате.
— Когда я вернусь, проведем совещание с участием всех штабных офицеров. Подчеркиваю — всех до единого. Набросайте список того, что может помешать нам осуществить срочную погрузку. — Он едва заметно улыбнулся. — Только чтоб этот список был совсем короткий.
Крейг почти не заметил, как вертолет подлетел к аэродрому. В течение всего полета он пытался сосредоточиться на бумажной работе. Составление самых обыкновенных записок и подготовка распоряжений давали ему возможность обуздать ту бурю эмоций и мыслей, которые бушевали в нем. Морские пехотинцы, а тем более генералы, не должны вести себя как впечатлительные дети. И с того момента, как раздался звонок командующего, он старательно контролировал свое поведение и выражение лица.
Приказ к срочной погрузке просто так не отдается. Он отдается лишь в случае серьезного кризиса, когда набор возможных вариантов для президента ограничивается настолько, что применение военной силы становится не просто возможным, но фактически неизбежным.
На этот раз, видимо, речь идет о Южной Африке. Горячих точек повсюду хватает, но единственная настоящая война идет сейчас только там. И Хозяева велели ему приготовить весь экспедиционный корпус! Не один батальон или одну-две бригады. Как бы там ни было, затевается нечто грандиозное, а значит, это все-таки ЮАР.
Война в Африке. Он помотал головой. За долгую карьеру морского пехотинца, ему выпадало немало боевых заданий, и всегда в забытых Богом местах, где ни один здравомыслящий человек не согласился бы жить. Но за них почему-то приходилось воевать. Но ему никогда не доводилось вести в бой столько людей. В отмобилизованном виде экспедиционный корпус морской пехоты может насчитывать до сорока тысяч матросов и морских пехотинцев, двести истребителей и реактивных штурмовиков, четыреста с лишним вертолетов, сотни танков, легких бронемашин и артиллерийских орудий. По мнению Крейга, конечно, весьма предвзятому, это было лучшее в мире сочетание стратегической мобильности, огневой мощи и отваги.
