При одной мысли о том, чтобы управлять этой махиной в шуме и неразберихе боя, человека может бросить в пот, подумал Крейг. Нельзя же просто повести ребят в атаку очертя голову. Надо суметь сконцентрировать воздушную, наземную и морскую мощь в единое целое, сохранив при этом гибкость управления. Но он был готов и к этому — он был готов ко всему. По крайней мере, хотел в это верить.
За долгие годы своей выдающейся карьеры морского пехотинца ему довелось выполнять немало штабной работы, а не просто выполнять боевые приказы. Каждый офицер морской пехоты, даже самый сорви-голова, должен был провести уйму времени за письменным столом. Его опыт работы в Пентагоне и по всему свету доказал, что он хорошо разбирается в оперативном планировании и всегда умеет найти кратчайший путь к поставленной цели, который потребует наименьших затрат.
Несмотря на то, что ему не раз доводилось попасть в самое пекло боя, Крейг оставался цел и невредим и уверенно продвигался по служебной лестнице. Сейчас он находился на предпоследней ступеньке своей карьеры — командующий флотом морской пехоты на Атлантике и командир Второго экспедиционного корпуса морской пехоты.
Генерал поднял голову: вертолет подлетал к аэродрому «Черри-Пойнт». Он стал собирать свои бумажки. Прошло еще несколько минут, прежде чем вертолет оказался на залитом огнями летном поле — огромном пространстве голого бетона, ограниченном с одной стороны вереницей массивных металлических ангаров. Сами взлетно-посадочные полосы напоминали научную лабораторию, где все находится в непрестанном движении. Взлетали турбовинтовые транспортные самолеты, направляясь с грузами для авианосцев, находящихся в море. Отрабатывали взлет и посадку истребители в оглушительном реве мощных двигателей. И все было пропитано едким, навязчивым запахом реактивного топлива.
Его вертолет сел возле двухвостого
Оставляя портфель на попечение помощника, Крейг вскинул руку в ответном приветствии и быстро зашагал к старшему из офицеров, подполковнику по званию.
— Здравия желаю, генерал. Я Стив Уокер, командир эскадрильи. — Он показал на лейтенанта в летной форме. — А это — Том Лайлз, ваш пилот.
Это был невысокий, плотный мужчина с широким и открытым лицом. Крейгу он сразу понравился. Их глаза встретились — они были одного роста.
Крейг протянул руку.
— Я вас приветствую, лейтенант.
Подбежал матрос с кипой летного снаряжения, и Крейг был моментально облачен в противоперегрузочный комбинезон, спасательный жилет и шлем. Он заметил, что на капоте стоявшего рядом джипа были сложены несколько стопок снаряжения — разного размера.
Пока матрос помогал ему шнуровать спасательный жилет, Крейг спросил:
— Сколько нам лететь до Эндрюса?
— Минут тридцать, сэр. — Молодой пилот улыбнулся, увидев на лице Крейга изумление. — Когда наберем высоту, мы уже почти достигнем скорости звука: на счетчике Маха будет ноль девяносто пять.
Хотя Крейг и старался не показать вида, но слова летчика явно произвели на него впечатление. Да одна дорога на машине от Эндрюса до Пентагона по запруженной вашингтонской Белтуэй займет вдвое больше. Правда, его-то доставят в Пентагон на вертолете.
Подбежал помощник.
— Генерал, ваш мундир в багажном отсеке.
— Отлично. — Крейг натянул на голову летный шлем. — Передайте командующему расчетное время. И мне надо будет так же быстро добраться обратно после совещания.
— Слушаюсь, сэр.
Через десять минут
Большинство летчиков в морской пехоте стараются выбрать такой профиль полета, чтобы налетать побольше часов. Лайлз же, напротив, делал все возможное, чтобы сократить время в пути, и, пользуясь полученным заданием, летел с максимальной скоростью.
Истребитель с ревом разрезал воздух, оставляя в нем невидимую дыру. На приборах было свыше шестисот узлов. Душа Крейга тоже парила в небесах.
Крейг быстро поднялся по широкой лестнице Пентагона со стороны реки и вошел в двойные двери вестибюля, приветствуемый всеми попадающимися ему навстречу офицерами и сержантами.
К нему заспешил майор морской пехоты.
— Генерал Крейг, сэр. Пожалуйста, сюда. Вас ожидают внизу.
Крейг думал, что его сразу проведут в кабинет командующего, находящийся в крыле ВМС, а оказался в недрах Пентагона, в середине плохо освещенного коридора цокольного этажа, в котором он никогда раньше не бывал. Его провожатый остановился перед железной дверью без таблички.
— Сюда, генерал.
Набрав четырехзначный код, офицер открыл дверь.
