Водоворот полностью

Облокотясь на перила и стоя спиной к восходящему солнцу, генерал-лейтенант Джерри Крейг рассматривал в бинокль расположенные вблизи корабли. Один за другим взлетали вертолеты и самолеты, ревя моторами над водой. Сильный береговой бриз трепал мундир, завывая в скоплениях радиоантенн и спутниковых тарелок.

Он понимал, что, конечно же, должен находиться в удобном, оснащенным компьютерами командном центре корабля. Но он не мог устоять перед искушением бросить последний взгляд на вверенные ему силы

— Сэр?

Крейг обернулся и заметил подошедшего сзади лейтенант-коммандера ВМС.

— Слушаю вас, коммандер?

— Генерал Скайлс просил передать, что получено сообщение с борта «Винсона». Наш первый воздушный удар завершен. — Неожиданно лицо офицера расплылось в широкой улыбке. — Ну и задали мы им жару, сэр!

Крейг кивнул.

— Хорошо. — Он направился к лестнице, ведущей в командный центр. — Оповестите все корабли. Пусть высаживают десант!

Колонны вооруженных до зубов морских пехотинцев все еще продолжали посадку в вертолеты, когда поступил приказ взлетать. Стараясь перекричать гул моторов и отчаянно матерясь, сержанты и офицеры принялись подгонять солдат. Те бегом поднялись на борт семи «оспри», и, едва закрылись люки, тяжелогруженые транспортные конвертопланы оторвались от палубы и начали медленно подниматься ввысь.

Стоило взлететь первой группе, как на палубе тут же появились новые конвертопланы, готовые к взлету. Тут же, по отработанной схеме, новые отряды морских пехотинцев побежали каждый к своей машине.

То же самое происходило и на авианосцах «Уосп» и «Инчон». Над ними, подобно стаям птиц, кружил двадцать один «оспри». Наконец все были в сборе и конвертопланы, развернувшись, полетели к берегу.

Скользя над волнами со скоростью почти триста узлов, машины неслись к окутанной дымом суше. Солдаты, крепко пристегнутые ремнями, сидели друг напротив друга на прочных сиденьях, но им все равно приходилось придерживаться руками, поскольку на небольшой высоте конвертоплан то и дело попадал в воздушные ямы.

Пилоты «оспри», в большинстве своем переученные с вертолетов «си-найтс», оглядывались по сторонам, довольные тем, что их сопровождают истребители и штурмовики.

Обычно эти «быстрокрылые птицы» кружили вокруг транспортных вертолетов, но «оспри» вполне могли тягаться с летящими на крейсерской скорости самолетами, что обеспечивало более тесное взаимодействие, надежную поддержку и просто теплое отношение к пилотам конвертопланов. Кроме того, более высокая скорость делала их менее уязвимыми для вражеской зенитной артиллерии.

Через пятнадцать минут они уже были над международным аэропортом Луиса Боты. Впрочем, слово «над» можно считать весьма относительным, поскольку летели они совсем низко, не более чем в ста пятидесяти футах от земли.

Подняв лопасти винтов вверх для вертикальной посадки, «оспри» вздрогнули, сбрасывая скорость. Меньше чем за минуту турбовинтовые самолеты, летевшие со скоростью триста узлов, превратились в вертолеты, делающие не более пятидесяти узлов, а затем стали аккуратно садиться на взлетные полосы, рулежные дорожки и любое асфальтированное пространство. Едва их шасси касались земли, как тут же открывались люки в корме, опускалась рампа, и морские пехотинцы выбегали на летное поле.

Они тут же рассыпались веером — всюду царило зловещее молчание, прерываемое лишь гулом винтов, выкриками команд и треском пламени. Никто в них не стрелял.

Зенитные батареи и наземные силы, защищавшие аэропорт, были полностью уничтожены. «А-6Е-Интрудеры», сбросив вниз несколько десятков пятисотфунтовых бомб, сровняли их с землей, оставив лишь дымящиеся мешки с песком и груды искореженного металла. Кружившие в воздухе «си-кобры» и «харриеры» только и ждали хоть какого-то намека на сопротивление, но поднимавшиеся вверх столбы черного дыма не оставляли шансов, что таковое может возникнуть.

Несмотря на мощную бомбардировку, взлетно-посадочные полосы аэродрома уцелели. Силы вторжения союзников имели на них свои виды. Опустевшие «оспри» поднялись вверх, низко идя над заводами и пакгаузами, — они возвращались назад, за пятьдесят миль отсюда, чтобы принять на борт очередную партию десантников.

Вдруг тишину нарушил звук тяжелой артиллерии, напоминающий грохот товарняка. В расположении морских пехотинцев начали рваться снаряды, вздымая вверх фонтаны земли и огня. Три батареи бурских орудий обрушили на аэропорт шквал огня — каждое точное попадание уносило жизни десятков солдат.