Крейг крепился. Ему хватало извилин, чтобы понимать: эти люди имеют реальную силу в Конгрессе, и когда им в очередной раз придется голосовать по вопросу об ассигнованиях на оборону, они припомнят хлебосольный прием. Впрочем, именно поэтому он и относился с такой брезгливостью к политике и политикам.
Большая часть группы предпочла после обеда заняться «личными делами», то есть отправиться загорать и заниматься серфингом вдоль Золотой Мили. Но двое все же пожелали поехать в Ледисмит. Этих Крейг давно отметил как стоящих и решил сопровождать их лично.
Сражение за Ледисмит произошло много позже, чем бой за Столовую гору. Здесь повсюду виднелись искореженные машины и выгоревшие дома. При всех преимуществах внезапного нападения потери в 101-й бригаде составили 15 процентов в батальоне первого эшелона и 10 — в среднем по бригаде.
Вертолет следовал тем же курсом, что и штурмовая группа, а вполне реальные стрелки возле люка создавали у конгрессменов иллюзию участия в операции, чего, собственно, и хотел Крейг.
Следуя инструкции, пилот приземлился рядом с настоящей зоной десантирования. Они осмотрели город, новую военную базу, расположенную неподалеку, и полевой госпиталь, в котором помощь оказывалась всем участникам кампании в Драконовых горах, а не только тем, кто сражался в Ледисмите.
Крейг заблаговременно предупредил администрацию госпиталя, и они вывезли на тележках всех пациентов родом из тех двух штатов, которые представляли конгрессмены. Находившийся рядом военный фотограф запечатлел сцену встречи с избирателями в боевых условиях.
Все вышло неплохо, и Крейг поймал себя на том, что улыбается против воли. Этим двоим действительно небезразлична война, и им не грех было помочь. К тому же ему хотелось увидеть лица тех любителей приключений в тот момент, когда они узнают, что упустили возможность сфотографироваться со знаменитостями.
На обратном пути, конгрессменам пришлось впервые вместо ленча отведать сухой паек. Паек из набора готовых к употреблению продуктов в вакуумной упаковке предназначался для полевых условий. Иногда еда была вполне приличной, иногда не то чтобы очень. Крейг сообщил сенаторам, что в любом случае такой СП значительно превосходит по своим качествам выпускавшиеся ранее баночные консервы. Правда, солдаты прозвали его «собачьей радостью».
По возвращении мини-делегация должна была присутствовать на ежедневном брифинге по донесениям разведки, которые устраивал Крейг. Генерал рассудил, что это поможет политикам войти в курс дела не меньше его самого, плюс они получат возможность посмотреть на все происходящее изнутри. Конгрессмены по своему статусу имеют допуск к такого рода информации, к тому же он был уверен, что они будут держать язык за зубами.
Брифинг всегда проводился в одном из конференц-залов дурбанского «Хилтона». Помещения отеля, предназначенные для общественных мероприятий, были легко и быстро переоборудованы под штаб Крейга, а персонал обслуживал военных как участников очередного съезда или конференции.
Одну из стен целиком занимала подробная карта Южной Африки. На ней отмечалось расположение каждой дивизии и бригады, а также участки, пройденные за последние два дня, и цели, которыми планировалось овладеть в течение следующих суток.
Постоянно фигурировала и информация о противнике, но в гораздо менее определенном виде. Проблема состояла не только в том, что донесения разведки были фрагментарны и во многом неточны, но и в том, что приходилось воевать на несколько фронтов.
Так или иначе, карта очень помогала. На ней была ясно обозначена скорость наступления союзных войск, развивающегося в нескольких направлениях от Ледисмита.
Когда все заняли свои места, начальник разведки изложил новые сведения о каждой из воюющих сторон. Кубинцы по-прежнему укрепляли свои позиции в Набумспрейте, успешно отразив слабую контратаку буров. Возможно, контратака была предпринята слишком поспешно, поскольку африканеры стремились не дать неприятелю окопаться.
Бурские подразделения были разбросаны по всей карте. Одна линия обороны из пехоты и бронетехники растянулась на подступах к Претории, другая формировалась к югу от Йоханнесбурга. Этот рубеж, главным оплотом которого был Феринихинг и гора чуть к западу от него, должен был защитить крупнейший город ЮАР от наступающих союзных войск.
Другие отряды буров по-прежнему пытались подавить восстание, выставляя гарнизоны на шахтах и в населенных пунктах, либо гоняясь за мятежниками в сельской местности. Крейг с удовлетворением сознавал, насколько рассеяны силы африканеров, но у медали была и оборотная сторона. По мере того, как его солдаты занимали новые и новые районы страны, ответственность за поддержание там законности и порядка ложилась на него.
Наконец, оставались еще боевики. Этакая помесь ополчения с партизанами, они действовали в тылу американцев, и на их преследование приходилось выделять людей и тратить время. Данные о них были скудны.
Начальник разведки подвел итоги, обращаясь одновременно к сенаторам и к Крейгу.
