…колосилось в штанах Иосифа Виссарионовича богатое колхозное поле. Золотыми хлебами, яркими цветами. Виднелась вдалеке береза, за которую Маша вцепилась, пока ее сзади колхозный парубок с песней про пятилетку охаживает. Машут рукой приветственно товарищи Вацетис и Калинин, скатертку с поллитровочкой и вареными яичками расстелившие. Жужжат стрекозы, кузнечики стрекочут… Заиграла музыка нездешняя, футуристическая.
– Скажите, как его зовут?! – хором запели какие-то дети чистыми, светлыми, нездашними голосами.
– Бу, трададададада-та, – пели они.
– Ра, трададададада-та, – пели они.
– Ти, традададаадада-та, – пели.
– Но, трададададада-та, – пели.
…товарищ Эйзенштейн нырнул в поле ржи и побрел навстречу своему счастью.
– А сейчас – сказал Осама бен Ладен – я почитаю вам свои стихи.
Поворошил угли в костре, отчего пламя вспыхнуло ярче, и высветило лица собравшихся. Посмотрел, задумчиво, на взлетающие к небу искры. Сказал:
Замолчал смущенно. Не поднимая глаз, послушал аплодисменты. Хлопали все от души. И красивая блондинка в обтягивающем платье. И неопрятный мужчина скорее старшего, чем среднего возраста – в вельветовых брюках, жилетке в пятнах от соусов, – и юноша в майке с надписью «О майн гоТ», и красивый, статный мужчина в расцвете сил, очень стильно одетый в дорогие костюм и туфли.
– А, собственно, как вас, – сказала блондинка.
– Да английский мне все рамсы попутал, – смущенно улыбнулся бен Ладен.
– Они когда в бункер забежали, кричат, стоять руки вверх, – сказал он.
– Конечно, по-английски, – сказал он.
– Ну, а я разволновался и забыл, что американцы, они тоже по-английски говорят, – сказал он.
– Решил, что англичане, и стал сдаваться, – сказал он.
– С англичанами у меня уговор был, я вроде как на пенсию вышел, – сказал он.
– Короче, проявил преступную халатность, за что и поплатился, – сказал он.
Плюнул с досадой в костер. Положил руки на колени. Стал смотреть на огонь.
– А я здесь случайно, – сказала девушка.
– Что, неужели никто не узнает, – сказала она.
– Шарлиз… Шарлиз Терон… – сказала она.
Все вежливо молчали.
– Хотя да… – сказала она, обведя присутствующих взглядом.
– Откуда таким… – сказала хотя.
– Но вот вы могли бы знать, – сказала она красавцу в костюме.
Тот пожал плечами, чуть виновато – но в меру – улыбнулся. Покачал головой.
– В общем, я актриса, – сказала девушка.
– Жила с простым парнем… пятнадцать лет… – сказала она.
– Но отказывалась выходить за него замуж, – сказала она.
– Пока на всей Земле не разрешат гомосексуальные браки, – сказала она.
– Ну, как бы в знак протеста, – сказала она.
– Потом решила, что нам лучше расстаться, – сказала она.
– Ну, недооценила, – сказала она.
Откинула прядь волос со лба. Все увидели маленькую дырочку.
– Как у инданок, – сказал подросток в майке гота.
– Ты что, и правда не видел моих фильмов, – сказала девушка.
– Это же новое поколение, – сказал раздраженно неопрятный старик.
– Они же на ха мля, кроме порнухи в интернете, не смотрят, – сказал он.
– Надеюсь, вашего обидчика схватили? – сказал вежливо красавец девушке.
– Нет, куда там, ему же все деньги остались, – сказала она.
– Он, к тому же, еще и инвалид, а у нас с этим строго, – сказала она.
– А что с ним, – сказал бен Ладен.
– У него ноги от рождения не развиты, – сказала девушка.
– Как же он… – сказал неопрятный старик.
