«Что будет? Что надо предпринять?» — раздумывает Вениамин Федорович. Ему очень обидно, что люди, которым он желает только добра, поверили выдумке Ондропа.
На небе одна за другой гасли звезды. Начало рассветать.
«Прежде всего надо самому поговорить с церковным сторожем. Одно дело распространять сплетни за глаза, другое — повторить выдумку в глаза». Подумав так, Вениамин Федорович почувствовал некоторое облегчение и пошел спать.
На следующий день Вениамин Федорович встретил церковного сторожа возле лавки купца Окишева.
Ондроп, прикинувшись, что не заметил учителя, пытался пройти мимо, но Вениамин Федорович окликнул его:
— Антропий Семенович! Погоди минутку, мне с тобой поговорить надо.
Церковный сторож остановился, спросил, лукаво усмехнувшись:
— Чего тебе, Вениамин Федорович?
— Ты, Антропий Семенович, — православный христианин, и я тоже православный христианин. Нас объединяет одна вера, одному священнику исповедуемся мы в наших грехах.
— Так, так, именно так, — согласно кивает головой Ондроп, а сам нетерпеливо топчется на месте и все с той же усмешкой поглядывает на учителя.
Из лавки вышли несколько мужиков баб, остановились в сторонке и прислушиваются к разговору.
— Как же так получается, Антропий Семенович, ты исповедуешь православную христианскую веру, а такого же христианина, своего единоверца, хочешь оболгать? Разве наша христианская вера так учит нас поступать?
Народу вокруг учителя и церковного сторожа становится все больше и больше.
Вдруг из-за угла выбежали Васли, Эчук и Коля Устюгов. Под мышкой Васли держал что-то завернутое в мешок.
Учитель подступил к сторожу вплотную:
— Антропий Семенович, скажи, для чего ты выдумал сказку про белую кошку?
— Почему сказку? — поднял голову церковный сторож.
— Потому что я никакой кошки не вешал. Хоть сейчас могу в этом поклясться именем Христовым.
В толпе пошел говор:
— Слышите, Христом клянется!
— Если бы он повесил, не решился бы клясться.
— Может, зря на учителя говорят…
— Я так и думал, что напраслину на него возводят.
Церковный сторож, услышав, что Вениамин Федорович упомянул имя Христа, смутился, побледнел и пробормотал:
— Вениамин Федорыч, я же никому не говорил, что вы повесили кошку Ороспая в роще. Вот перед богом клянусь, не говорил!
— А что же ты говорил?
— Я сказал, что накануне вечером видел кошку на крыльце вашего дома. Больше ничего не говорил.
Васли протолкался вперед, встал перед сторожем, положил на землю мешок и вытащил из него белую кошку.
Кошка извивалась в его руках, мяукала. Она была как две капли воды похожа на кошку старого карта: белая, пушистая, круглая, как бочка, и уши у нее были маленькие-маленькие, чуть торчали из шерсти.
— Дядя Ондроп, может, ты эту кошку видел на крыльце Вениамина Федоровича? — спросил Васли.
Церковный сторож отшатнулся и в растерянности воскликнул:
— Господи оборони, Белянка!
— Ну, эту? — продолжал допытываться Васли.
— Эту… — совсем растерявшись, проговорил Ондроп. — А может, не эту…
— Ты же говорил, что из тысячи кошек узнаешь Ороспаеву Белянку.
— Говорил, говорил, не отпираюсь… — Церковный сторож в сердцах сплюнул: — Кто их разберет, этих кошек! Может, и не Ороспаева сидела тогда на учительском крыльце.
Люди вокруг засмеялись:
— Совсем ты запутался, дядя Ондроп!
— Нехорошо, Антропий Семенович, сплетни распускать, — сказал Вениамин Федорович. — От них бывает людям только вред.
Народ разошелся. Ушли вместе с учителем ребята, рассказывая ему, как они искали белую кошку и нашли ее в соседней деревне. А церковный сторож стоял опустив голову. Он был растерян и испуган.
Йыван Петыр в грамоте не очень-то силен, еле-еле может читать, но ученых людей уважает. Однако он считает, что учеными могут быть только городские, а крестьянину вполне достаточно, если он научится кое-как читать и писать. Поэтому старшему сыну Йывану Йыван Петыр позволил ходить в школу всего три года, потом сказал, как отрубил:
— Хватит учиться. Буквы знаешь, читать умеешь, расписаться можешь — и слава богу! Все равно большим писарем тебе не бывать.
Васли узнал буквы и научился складывать из них слова еще до школы, прислушиваясь и приглядываясь к тому, как старший брат готовит уроки. Отец сначала не поверил, что Васли научился читать, но когда убедился, что мальчик сам читает учебник, обрадовался и сказал жене:
— Мать, а мать, светлый ум у нашего младшего. — И добавил, вздохнув: — Только бы бог не прибрал его раньше времени…
Пойдя в школу, Васли учился охотно и хорошо. Однажды, во втором классе, вернувшись из школы, он спросил у матери:
— Мама, скоро мы будем колоть свинью?
— Ты что, сынок? — удивилась мать. — Разве в эту пору свиней колют? Шутишь, что ли?
— Нет, не шучу. Мне нужен свиной пузырь.
— Уж не волынщиком ли надумал стать?
— Нет. Я хочу сделать воздушный шар.
— Что-что? — переспросила мать, не поняв.
— Воздушный шар, говорю.
— Это еще что за штука?
— Вот посмотри на картинку в книжке, — сказал Васли, раскрывая книгу. — Теперь поняла?
