Собеседница не ответила, лишь бросила ей вслед строгий взгляд и направилась к своему столу. Я так и не понял, чем в этом сферическом мирке она занималась, раз в следующем помещении щёлкали по клавиатуре и вглядывались в мониторы аж десять офицеров, которые, похоже, и были настоящими секретарями. Они встали, когда мы вошли, тут же находился почётный караул, который открыл нам ещё двери, но дальше прошла лишь взрослая Мэри и я со своей.
Новое помещение было большим, но обставлено в стиле, что я бы назвал смесью японского и райховского, при этом здесь вообще не было картин или иных подобных украшений, чисто деловое помещение как… рабочий офис в какой-нибудь серьёзной кампании… Напротив входа имелось большое окно с балконом, а перед ним стоял широкий стол с большим креслом, хотя, может, так казалось из-за сидящей в нём Дегуршафт, которая здесь так и оставалась девочкой лет десяти. Кстати, на ней, как на Серебряковой и Мэри, красовалась белоснежно белая форма, только погоны, похоже, были ещё важнее чем у последней.
— Мэри, какого хрена ты творишь? — с ходу спросил… а, девочка, которая при ближайшем рассмотрении, оказывается, вообще не изменилась, что на несколько мгновений ввело меня в ступор. Хотя ответ нашёлся быстро — существо Икс, видимо, накосячил с этой иллюзией, ну или тот мужик с настройкой артефакта, что ещё раз доказывало то, что это простой обман.
Двери тем временем закрылись и гостья, «искренне» удивившись, спросила: — Что опять не так? Или ты узнала про использование зарина на Сигме–5?
— Не опять, а снова… постой, какой ещё зарин на Сигме? — ответила собеседница, под конец даже встав, но потом села обратно в кресло. — Будем считать, что я этого не слышала. Что касается остального, ты вообще в курсе, что законами Империи запрещены эксперименты на гражданах Империи?
— Ну, там ведь не говорится про уровень гражданства, я думала, что речь идёт про, — начала Мэри, как будто и в шутку, но…
— Да какая разница! Главное, что пресса шумиху подняла, видите ли, «Маги считают себя высшей расой, потому позволяют себе нарушать законы Империи и ставить опыты на обычных людях» и бла-бла-бла, — перебила её мелкая. — У нас ведь есть концентра…
— Сама виновата, набрала в империю всех подряд, а как нам теперь магию изучать? Маги-то ведь все граждане, а во всякие подполья лишь единицы идут, да и тупых родителей, что пытаются прятать детей с магической предрасположенностью почти не осталось, — теперь уже Мэри перебила её, недобро улыбнувшись в конце. — Да и вообще. Я воевала за эту страну, чтобы потом делать здесь всё, что захочу… Да и почему это у обычных людей должно быть столько же прав, сколько у магов, хотя те делают для родины больше них. Пока они уклоняются от призывов и мобилизаций, маги находятся на постоянной службе в армии, так что… пусть хотя бы послужат нам в качестве подопытных крыс… Да и вообще, лучше бы спасибо сказали, что я им тут апокалипсис не устроила, когда вернулась, а то я смотрю, меня уже похоронить успели…
Дегуршафт схватилась за голову, показалось, что она собирается биться ею об стол, но, вздохнув, начала протирать виски и указала на кресло напротив. Мэри вальяжно подошла, при этом прихватив с небольшого столика бутылку вина, сев, открыла пробку голыми руками и сделала несколько больших глотков прямо из горлышка.
— Что? — посмотрела она на наблюдавшую за всем этим девочку.
— Когда ты у нас вообще в сумасшедшие учёные-злодеи заделалась? — уточнила девочка, взяв стакан воды и начала глотать по очереди около десятка таблеток, разложенных на небольшом подносе и запивать их.
Мэри сделала ещё пару глотков, при этом так и не сняв свою фуражку, ответила: — Ну… наверное, с тех пор, как изобрела способ пересадки конечностей солдатам Райха взамен утерянных в боях при помощи магии. Меня ещё «Доктором» какое-то время называли…
— Ты хотела сказать «Доктор-смерть»? — произнесла девочка, закончив с таблетками, вытащила из небольшого футляра инъектор и сделала себе укол в шею.
— Это уже позже. Когда стало известно, что доноры — это пленные солдаты врага — и большинство из них после умирали из-за болевого шока, — Мэри говорила так, словно рассказывала о недавнем походе в магазин. — Блин, водочка перед операциями плохо помогала, что им, что мне, а обезболивающих или снотворных препаратов расходовать на них было жалко…
— Ладно, проехали, — устало откинулась на спинку кресла и, немного прикрыв глаза, произнесла собеседница. — Ну, раз ты у нас такой великий учёный, из которого идеи так и прут, может, объяснишь мне, зачем ты недавно летала на Роднект? Там всё-таки восстание идёт…
— Шло, — как-то скромно ответила девушка.
— В смысле? — напряглась Дегуршафт, но глаза пока не открывала, казалось, что она находилась под… каким-то воздействием лекарств, что, видимо, вызывали приятные ощущения.
— Ну… — как-то стеснительно протянула Мэри. — В общем, там больше никто не живёт…