— Лейтенант, гранат не… — закричал Ферд, но тут один из танков остановился и выстрелил из пушки. Рядом прогремел взрыв, но дальше нас на позициях, позади которых до этого затрещал пулемёт.
— Нужно, — начал командир взвода, потянувшись к нише, где стоял телефонный аппарат, но тут посмотрел туда же, куда смотрели и мы.
Какой-то боец с ранением на всю голову и части плеча бежал по окопу в полный рост и кричал так, что было слышно сквозь шум боя и рёв приближающихся танков: — Воздух! Воздух! Демоны! Маги! Они летят…
Его снесла в сторону очередь из пулемёта имперского танка. Увидел это, наверное, лишь я, так как остальные легли. Ферд повалил меня, хотя и сам мог бы лечь, поскольку видел вереницу взрывов, что шла по нашим окопам с востока, убивая по несколько солдат за раз. Упав на спину, увидел, как рядом прогремели два взрыва, осыпавших меня землёй и… похоже, чьими-то внутренностями. После над головой пролетело несколько снарядов светло-зелёного цвета, а потом и группа магов Райха. Мы их легко узнавали, так как их форма отличалась от той, что была у наших, и летали они «лёжа».
— Гады, снова провод перебило! — ударил трубкой по стене окопа лейтенант и снова, привычка у него такая, пригладил свои миниатюрные усики пальцами. Вот только руки у него были в грязи, и он лишь размазал её и кровь по лицу, что, видимо, сразу заметил. — Ох, твою же… Ферд, бери свои манатки и иди, устрани обрыв провода. А ты, Фэри, беги в штаб, доложи о танках и налёте магов и спроси… Скажи, что я прошу разрешения отступить на запасные позиции. У нас уже больше половины взвода полегло, и мы, наверное, всё, что осталось от роты. Что вылупились? Бегом!
Мой друг вообще-то ещё был связистом, в смысле стал им, потому что помогал Глагу, который умер, когда взрыв оторвал ему руки, таскать катушки с проводом. Он пошёл искать сумку с инструментами связиста, но перед этим помог мне подняться и сказал как-то странно: — Не сдохни здесь, хорошо? Тали ждёт, а ещё нас ждут бары Беруна.
— И ты не умирай, — ответил я, но, так как у него, в отличие от меня, не было невесты, добавил: — Если что, за райховское пиво я плачу первый!
— Идёт! — ответил он, и мы разошлись в разные стороны по окопу, не знаю, как он, а я снова бежал, сильно пригнувшись, пусть это и было очень неудобно, особенно сейчас.
К примеру, метров через десять прямо на меня, истекая кровью от раны в районе груди, упал наш солдат и чуть не окунул в лужу, где вперемешку с грязью и водой лежали чьи-то кишки с кровью. Кое-как оттолкнув тело, побежал дальше, впереди прогремел взрыв. В ушах зазвенело, но можно было идти дальше, причём участок окопа, разрушенный взрывом, прошёл спокойно, как и уцелевший, где все лежали в укрытии и не особо мешались. На повороте я… должен был повернуть направо, но по глупости посмотрел налево и увидел расчёт пулемёта. Точнее одного бойца, лежащего без руки в луже крови, и второго с… меня стошнило внезапно, на дно окопа. Не знаю, почему, но постоянно так случалось, когда видел что-то подобное. Казалось, что пулемётчик сидел нормально, даже держал руками ручки пулемёта, но у него отсутствовала голова… Возможно, это райховские маги-снайперы, лейтенант говорил, что слабых магов имперцы стали переводить в снайперов, что специально ищут и выбивают офицеров, пулемёты и технику… Вроде полегчало.
Повернув направо, побежал так быстро, как только мог. Танки грохотали где-то рядом… В последний раз, когда имперцы посылали их в бой, наше наступление остановилось, и вскоре пришлось отойти, хорошо, что был тот здоровенный окоп, что копали несколько дней, большинство машин не смогли его сразу проехать, и нам удалось закрепиться на нынешних позициях.
— Тх… помоги… пох… помоги… — схватил меня за сапог какой-то солдат, что лежал на дне окопа в луже, что скрывала его тело, начиная от места чуть выше пояса и до ног. Судя по следам, по нему уже успели не раз пройтись, прошёл бы и я, если бы он не схватил меня за ногу. Но у меня был приказ, времени было мало…
— Санитар! Санитар! Здесь раненый! — закричал я во всё горло, помогая солдату в такой же, как и у меня, форме только грязной вылезти из лужи и сесть. У него была ранена рука, и, похоже, осколками перебиты ноги, что не сулило ничего хорошего, потому я закричал ещё громче: — Санитар! Здесь…
— Да иду я, хватит орать! — донеслось позади, когда обернулся, увидел бойца с сумкой, на которой был белый круг с красным крестом. Он окинул раненого взглядом, не стал перевязывать, но стал поднимать, говоря: — Помоги закинуть на спину и иди туда, куда шёл!