Приземлившись на плац лагеря, оставили лётное оборудование в стороне и построились. Как такового разъёба не было, просто подвели итоги, оценили действия всех, включая меня, инструктора указали на ошибки и возможности по их недопущению иными действиями. После все отправились в арсенал, надо было сдать оборудование и оружие, при этом заполнив ведомости расхода патронов и приложить к ним краткий рапорт на эту тему, после чего сдать оставшиеся боеприпасы отдельно. Эти занятия шли во второй половине дня, так что дальше лишь ужин, приведение себя в порядок и отбой, ну и свободное время ещё.
— Мэри! Что задумчивая такая? — хлопнул меня по плечу Бернард уже в столовой, сев рядом и положив поднос, растопырив пальцы, упёрся в стол ладонями так, слово готовился придать себе ускорение на случай необходимости побега.
— Да так, — ответил я, резко воткнув вилку, что держал в руке в поверхность стола, как раз между его указательным и средним пальцем, — о жизни думаю…
— Да ладно тебе, Мэри, — сначала расширив глаза, а уже потом, отдёрнув руку, ответил парень. Почему-то на мою жизнерадостную улыбку он лишь ещё больше напрягся и отодвинулся дальше по лавке. — П-просто смотрю, ты одна тут сидишь…
— И? — уточнил я, пододвинувшись ближе, отчего он отодвинулся ещё дальше. Похоже, многие стали обращать на нас внимание, почему мне постоянно кажется, что вроде бы нормальные и взрослые парни опасаются такую красивую и милую девушку как Мэри? За наш стол, только напротив, сели обе моих подруги. Я резко пододвинулся ещё ближе к парню с целью обнять его, но смотря на них. — Мясо сегодня какое-то… пересоленое, что ли… а?
Какого было моё удивление, когда, попытавшись обхватить Бернарда, я лишь провёл рукой по воздуху. Причём в его стороне тут же раздался грохот. Повернувшись к нему, увидел, что, отодвигаясь от меня, он слетел с края скамейки и сейчас спешно поднимается с пола: — Знаете дамы, пожалуй, не буду вам мешать…
Я проследил за тем, как он осторожно забрал свой поднос, вернулся к вилке и не сразу — глубоко вошла, даже встать пришлось — выдернул её, говоря: — И чего хотел? Что?
Вот любят женщины себя так вести. Сели напротив, услышали, что я говорю, странно посмотрели друг на друга, будто не поняли моих слов, а после, как-то загадочно улыбаясь, стали делать вид, что ничего не заметили и едят. Что у них на уме? Кстати, мне снова кажется или парни за соседними столами как-то расслаблено вздохнули, когда их собрат по полу ретировался. С чего бы?
— Мэри, ты ведь красивая девушка… а скоро на войн… да ты ничего не подумай! — вот она говорила нормально, а вот когда я усмехнулся, понимая, о чём идёт речь, она продолжила как будто с испугом, спешно сворачивая тему, и так не в первый раз. — Просто они ведь твои боевые товарищи и беспокоятся о тебе…
— Или дело в том, что с этой штукой, — Белоснежка ткнула вилкой на мой расчётный амулет, а после воткнула её в кусок бекона, — и её силой, она любого из присутствующих может размазать по стенке… Фигурально, конечно, выражаясь…
— Да я ни о чём таком не думала, — ответил я. Они что, меня боятся, что ли? С чего бы? Из-за того раза с Джоном, когда я его через себя перекинул? Вряд ли от того, что бутылку об голову на спор разбил, это ведь просто, главное иметь друга десантника. Или от того, что в конкурсе по армрестлингу победил? Ну, так там ведь всё просто, главное руку правильно загнуть…
— Это-то да, мне вот всё интересно, о чём ты думала, когда сегодня в меня… — начала подруга, но я решил пресечь это сразу.
— Я же извинилась. Я не специально, — произнёс я, попутно думая: «Как же от вас всё-таки избавиться? Полёты завтра весь день, но второй раз подобное не прокатит… Что же делать? Может… точно, подсыпать в еду какое-нибудь слабительное, чтобы в день отъезда встать не смогли и тогда… Отлично! Время есть, скорее всего, можно что-нибудь найти в медпункте, у меня же свежие травмы как-никак…»
— Дамы и господа, прошу минуточку внимания, — громко произнёс вошедший дежурный по лагерю, он не был магом, кажется лейтенант армии ОША Салярис. — Планы изменились. Все занятия на завтра отменены, вместо них сутки отдыха, послезавтра батальон своим ходом летит до Сиэтла, а оттуда далее на корабле. Приятного всем аппетита.
Офицер вышел, а в столовой наступила гробовая тишина. В армии подобное всегда, вот только что до выдвижения оставалось около недели, а вот уже послезавтра. В какой-то момент в столовую вернулся шум разговоров, столовых приборов и посуды, более громкий и быстрый. Кто-то торопился обсудить новость, а кто-то быстрее поесть, чтобы заняться делами сегодня, а завтра выкроить больше времени для отдыха, ну или страдания фигнёй. У меня же торопиться и разговаривать настроения не было, оно было серьёзно испорчено.
Возможно, это отразилось на моём лице, так как подруги всполошились, Саманта спросила: — Мэри, ты чего? Не рада, что мы, наконец-то едем на помощь союзникам? Ты же вроде очень хотела…