– Возможно, – задумчиво произнес Столл. – Но не в таких пещерах. Их невозможно усилить. Начать с того, что они сами по себе очень невелики: футов семь в высоту и пять в ширину. Если разместить внутри опоры и ребра жесткости, там вообще не останется места.
Херберт снова отхлебнул кофейной гущи и тут же выплюнул ее обратно.
– Подожди! – воскликнул он, глядя на дно чашки.
– Что? – спросил Столл.
– Грязь. Внутри пещер действительно ничего нельзя построить, но их можно углубить. Так делали в Северном Вьетнаме.
– Вы имеете в виду подземные бункера? Херберт кивнул.
– Это идеальный выход из положения. Наш поиск сужается, В пещерах подобного типа нельзя вести взрывные работы – вдруг рухнет потолок...
– Но их можно углублять! – нетерпеливо перебил его Столл.
– Правильно. И вывозить почву.
Столл тут же запросил у компьютера данные по геологии региона.
Мужчины приникли к монитору. Поиск шел по ключевому слову «почвы». В памяти компьютера оказалось тридцать семь сносок в отношении различных почвенных комбинаций. Разведчики принялись просматривать все подряд, надеясь найти что-нибудь имеющее отношение к недавним раскопкам. На экране мелькали ряды цифр и геологических терминов. Неожиданно Херберт воскликнул:
– Стоп! – Он схватил мышь и вернул страницу назад. – Посмотри, Мэт: отчет сирийского агрономического общества, датированный январем этого года. Лаборант сообщает о явных аномалиях в районе горы Чуф.
Столл взглянул на свои записи.
– Черт! Именно здесь находится одна из возможных точек!
Херберт продолжал читать документ. В нем говорилось, что в горизонте А отмечен необычайно высокий уровень биологической активности и изобилие органики, что характерно для горизонта Б. Как правило, обмен между двумя уровнями происходит в направлении от А к Б.
Подобная аномалия может иметь две причины. Первая: кто-то пытался обогатить почву, но потом бросил эту затею, Вторая: неподалеку могли проводиться археологические раскопки. Уровень биологической активности почвы позволяет предположить, что раскопки проводились от шести до четырех недель назад.
Столл взглянул на Херберта.
– Археологические раскопки. Или строительство бункера.
– Главное – совпадает по времени, – кивнул Херберт.
Столл принялся набирать на клавиатуре новые команды.
– Что это?
– Национальный разведывательный центр регулярно фотографирует долину Бекаа, – ответил Столл. – Я хочу посмотреть снимки за последние шесть месяцев Они не могли обойтись без техники.
– Если они притащили бульдозер или экскаватор, пусть даже ночью...
– Тогда мы обнаружим глубокие следы шин. После того как загрузились файлы с фотографиями, Столл запустил графическую программу. Для этого он напечатали строке запроса: «следы протекторов». Когда появилось меню, он добавил: «не автомобильные». Компьютер приступил к работе. Спустя минуту он отобрал три фотографии. На всех трех были видны следы тяжелой техники у входа в одну и ту же пещеру. Ты самую, откуда поступила выкопанная почва.
– Где находится эта пещера? – спросил Херберт. Столл дал компьютеру задание определить географическое местоположение пещеры. Спустя несколько секунд на экране появились координаты.
Столл торжествующе поднял банку с пепси.
– Вот вам и почва!
Херберт поспешно кивнул и принялся набирать номер генерал-майора Бар-Леви в Хайфе.
3а последние двадцать лет Пол Худ побывал во многих крупных аэропортах мира. Токийский поражал его размерами и организованностью. Аэропорт Веракрус в Мехико был крошечным, душным и старым, Местные люди привыкли к жаре и обходились без вентиляции. О прибытии и отправлении самолетов писали на доске мелом.
Но то, что Пол Худ увидел при входе в международный аэропорт Дамаска, потрясло его до глубины души. На каждом квадратном футе терминала стоял пассажир. Большинство людей были хорошо одеты и вели себя вполне достойно.
Багаж держали в руках, ибо поставить вещи было все равно некуда. Вооруженные полицейские дежурили у дверей накопителей, сдерживая толпу и помогая прибывшим пассажирам попасть в здание аэропорта. После этого двери терминалов запирались, и люди оказывались предоставлены сами себе.
– Скажите, – спросил Худ у Насра, – они прилетели или собираются улететь?
Ему пришлось повысить голос до крика, ибо кругом стоял страшный гвалт.
Люди выкрикивали фамилии своих родственников или пытались что-то друг другу объяснить.
– Похоже, все улетают! – прокричал в ответ Наср. – Но я такого еще не видел. Наверное, что-то случилось.
Худ пытался пробиться к выходу. На мгновение ему показалось, что кто-то сунул руку во внутренний карман его пиджака. До американца вдруг дошло, насколько ценной вещью становятся здесь его бумажник и паспорт, тем более для тех, кто собирается покинуть Сирию. Вытянувшись на носках, Худ успел разглядеть картонку со своим именем буквально в пяти ярдах от себя. Кто-то размахивал ею над головами пассажиров.
