О масштабах боевой учебы и деятельности ВМФ СССР, а следовательно — об объеме работы соответствующих органов военной контрразведки, можно судить хотя бы по тому, что только в 1984 году особые отделы КГБ СССР по флотам осуществляли контрразведывательное обеспечение нескольких десятков выходов на боевую службу в различные районы Мирового океана ракетных подводных крейсеров стратегического назначения, более ста выходов многоцелевых атомных подводных лодок и 514 надводных кораблей и судов. Контрразведчики обеспечили безопасность 956 заходов советских кораблей и судов сопровождения в 89 портов 45 иностранных государств, где на берег сходило более 70 тысяч военнослужащих и служащих флота, 115 экипажей разведывательных и военно-транспортных самолетов, временно базировавшихся на зарубежных аэродромах, а также 10 официальных визитов в советские порты иностранных военных кораблей и 9 зарубежных военных делегаций, пребывания в учебных центрах ВМФ более 1600 военнослужащих из 18 стран и передачи флотам Ливии, Сирии, Ирака, Никарагуа, Эфиопии и ряда других государств 50 надводных кораблей.
Особого внимания заслуживает огромная работа, проводившаяся оперативным составом на кораблях боевой службы и загранплавания. Была отработана система контрразведывательного обеспечения. Она осуществлялась на плановой основе с учетом директив командования о составе отрядов боевых кораблей, сроков выхода в море и возвращения на базу, районов плавания и портов захода. В походе оперработник был оторван от своего руководства и должен был самостоятельно решать контрразведывательные задачи, беря на себя всю полноту ответственности. Контрразведчики принимали участие в инструктаже старших сходящих на берег «пятерок» и вахт ПДСС[326], контролировали увольнение на берег и возвращение личного состава на корабль, качество проверки наличия членов экипажа на борту. Заслуживающая внимания информация немедленно докладывалась начальнику Особого отдела эскадры или старшему оперативной группы. Практиковались регулярные встречи руководителей с оперативным составом в океане или при заходах кораблей во главе с флагманом в иностранные порты. Благодаря усилиям военных контрразведчиков не раз предотвращались вербовочные подходы сотрудников иностранных спецслужб к советским морякам, попытки бегства за границу и другие чрезвычайные происшествия, обеспечивался надлежащий режим секретности и охраны кораблей при заходах в иностранные порты.
Контрразведывательное обеспечение подводных лодок имело свою специфику. Усилия оперсостава концентрировались на контроле за соблюдением режима секретности и несением вахты на центральном посту, в ракетном и торпедном отсеках, на пульте ГЭУ[327], недопущении чрезвычайных происшествий, связанных с нарушением правил обеспечения ядерной безопасности ракетно-ядерного оружия, ГЭУ. Такая работа требовала глубоких военно-технических знаний, настойчивости в разрешении возникавших проблемных ситуаций.
Известно, что главной причиной всех катастроф являлся «человеческий фактор» — так, в 1985 году именно по этой причине вышли из строя сразу три атомные подводные лодки. В ряде случаев возможных аварий удалось избежать именно благодаря решительности и принципиальности сотрудников военной контрразведки. К примеру, в 1990 году по информации Особого отдела КГБ по 2-й флотилии АПЛ Тихоокеанского флота не были выпущены в море в установленные сроки четыре подводные лодки. Причинами стали серьезные недостатки в их техническом состоянии и неудовлетворительное комплектование экипажей — одна из лодок до конца года вообще не вышла на боевую службу и была поставлена в ремонт. При разрешении этой ситуации контрразведчикам пришлось преодолеть сильное противодействие, но комиссия из штаба флота, направленная на эти подлодки, полностью подтвердила информацию Особого отдела.
Высокий уровень военно-технических знаний флотских контрразведчиков сыграл свою положительную роль и в 1981 году, когда завершались переговоры по передаче в аренду ВМФ Индии атомной подводной лодки второго поколения. Только благодаря решительному вмешательству и настойчивости начальника отдела Третьего главного управления КГБ СССР А. В. Жардецкого (впоследствии — вице-адмирал, начальник Третьего главного управления КГБ СССР) удалось преодолеть сопротивление должностных лиц Минобороны и Главкомата ВМФ, намеревавшихся направить корабль во временную эксплуатацию без всякого его переоборудования и с полным комплектом технической документации. Военным контрразведчикам удалось отстоять интересы государства и предотвратить разглашение сведений о новых конструктивных и технологических решениях: часть оборудования заменили на менее современные образцы, существенно сократили перечень передаваемой документации.
