Советские войска нередко участвовали в совместных операциях с подразделениями афганской армии, а наши солдаты, среди которых было немало призывников из «мусульманских» районов СССР, свободно общались с местным населением. Все это помогало противнику в проведении агентурной разведки — только за 1980–1981 годы особыми отделами 40-й армии была выявлена и пресечена деятельность девятнадцати агентов спецслужб США, Пакистана, Ирана и других государств. Было задержано свыше тридцати душманов, прошедших специальную диверсионную подготовку, так что задачи противодиверсионной защиты наиболее важных объектов — штабов, КП, узлов связи, складов, водозаборников и пищеблоков — приобретали особое значение.
Иностранные спецслужбы активно вели разведку и с легальных позиций, используя более двадцати дипломатических представительств в Кабуле, работников средств массовой информации, сотрудников торговых компаний и иностранных граждан других категорий.
В принципе, основные задачи контрразведывательной работы во многом были всё те же: оказание помощи командованию в поддержании высокой боеготовности, обеспечение режима секретности и сохранения военной тайны, выявление и устранение через командование разного рода негативных процессов в подразделениях, в том числе неуставных взаимоотношений между военнослужащими, искривлений дисциплинарной практики. В работе органы военной контрразведки 40-й армии творчески использовали приобретенный в период Великой Отечественной войны опыт органов контрразведки «Смерш», а также практику контрразведывательного обеспечения войсковых учений.
Но вот чего никогда не бывало раньше — даже во время Великой Отечественной войны — это «согласования оперативных документов с военной контрразведкой. А здесь на утвержденной командиром соответствующего ранга карте боевой операции всего стояло: “Согласовано. Особый отдел, такой-то”. Никакими нормативными документами это не предусматривалось, но такая практика была выработана… С одной стороны, военная контрразведка, чувствуя свою ответственность, старалась получить максимум информации о возможной опасности для войск. С другой — это дисциплинировало командование, способствовало успеху проведения операций, сокращению потерь личного состава. Такая практика сложилась году в 1983-м, когда мы несли здесь самые большие потери»[333].
В конце января 1980 года в Афганистане побывал председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов. Он прибыл в Кабул как член комиссии Политбюро ЦК КПСС, и его главной задачей было наладить взаимодействие всех ведомств — КГБ, посольства СССР, аппарата главного военного советника и некоторых других. По его возвращении Политбюро в очередной раз обсудило положение в Афганистане. Подводя итоги того совещания, Юрий Владимирович сказал, что позиция руководства СССР по поводу вывода советских войск заключается в том, чтобы прекратить вмешательство иностранных государств, бандитские налеты на афганские города и села, нормализовать обстановку в стране. Между тем, отметил он, вмешательство Вашингтона и Пекина во внутренние дела Афганистана приобретает все более широкие масштабы.
Выступая с докладом на проходившем в мае 1981 года Всесоюзном совещании руководящего состава органов и войск КГБ СССР, Андропов сказал: «Военные контрразведчики, проходя службу в войсках в Афганистане, получают боевой опыт, настоящую боевую закалку. Использовать этот опыт в интересах общего дела — значит существенно повысить уровень нашей работы, сделать новый необходимый шаг в повышении мобилизационной и оперативной готовности органов госбезопасности».
Отметим, что за первые два года войны среди военных контрразведчиков безвозвратных потерь не было.
Увеличение численности бандформирований с конца 1980 года происходило в основном за счет притока кадров из-за рубежа. В марте 1981 года Особым отделом КГБ СССР по 40-й армии были получены данные о прибытии в Пакистан американских и английских наемников — около 80 человек, направляемых в Афганистан в качестве руководителей отрядов вооруженной оппозиции. В 1982 году в стране действовало до 45 тысяч боевиков.
Весьма эффективной формой контрразведывательной деятельности и взаимодействия особых отделов с командованием и органами безопасности ДРА стала в этот период фильтрационная работа. Среди задержанных в ходе боевых действий военные контрразведчики выявляли и разоблачали агентов спецслужб иностранных государств и формирований вооруженной оппозиции. Только в 1982 году было выявлено и разоблачено 110 главарей и активных участников бандформирований, 38 террористов и 12 диверсантов, прошедших подготовку в Пакистане, — полученная от них информация позволила разгромить 50 «исламских комитетов», арестовать 142 агента и более двух тысяч рядовых «духов».
