К лету реорганизация и основные кадровые назначения по органам «Смерш» практически были завершены. В Курской битве в июле 1943 года военная контрразведка сыграла чрезвычайно важную роль, начиная с того, что ей — параллельно с другими спецслужбами — удалось не только заблаговременно обнаружить подготовку немцами наступления, определив место и срок его проведения, но и обеспечить надежное контрразведывательное прикрытие ответных действий советского командования, скрыть накопление резервов Красной армии. В результате сражения под Курском и Белгородом была сорвана попытка широкомасштабного наступления вермахта. Реванш за поражение под Сталинградом не состоялся, армии рейха окончательно увязли в затяжных, в основном оборонительных боях и были вынуждены отступать…
Однако спецслужбы фашистской Германии оставались грозным противником.
Это только с конца минувшего ХХ века спецслужбы (да и то не все!) стали открывать свои тайны. Раньше, на протяжении нескольких послевоенных десятилетий, подавляющему большинству советских граждан название «Смерш» было известно лишь понаслышке. Разве что на страницах знаменитого шпионского романа Яна Флеминга «From Russia, with Love»[262], посвященного неутомимому Джеймсу Бонду, «Смерш» появился как «наиболее секретное подразделение советского правительства», возглавляемое генерал-полковником с незатейливой русской фамилией Грубозабойщиков (Grubozaboyschikov). «Развесистая клюква», хотя и написанная профессиональным разведчиком.
А потом, вдруг, о «Смерш» узнали все. В 1974 году нашу тогда еще самую читающую в мире страну потряс роман Владимира Осиповича Богомолова «Момент истины. В августе сорок четвертого…». Книга выдержала порядка ста изданий и была переведена на многие языки мира.
Между тем подлинные герои «Смерш», контрразведчики Великой Отечественной, продолжали жить среди нас, тихо и неприметно. Когда-то они — командиры и комиссары подразделений, учителя и комсомольские работники, инженеры и колхозные бригадиры, — спешно изучив азы оперативной работы, вступили в смертельный поединок с абвером, из которого вышли победителями. Потом, возвращаясь к мирной жизни, они дали подписку: «никому и никогда». И молчали долгие десятилетия — ни намека, ни полслова.
…Жил в Москве такой замечательный человек — Олег Генрихович Ивановский. Еще недавно он был так «засекречен», что дальше, пожалуй, и некуда — на уровне разведчика-нелегала. Ведь это ведущий конструктор космического корабля «Восток»! Достаточно сказать, что 12 апреля 1961 года он самолично закрыл люк за Юрием Гагариным. Однако заслуги Ивановского в деле освоения космоса были рассекречены раньше, нежели тот факт, что с 1942 года он служил в военной контрразведке — был оперработником «Смерш» в гвардейском кавалерийском казачьем полку, закончил войну в Чехословакии. В 1946-м Олег Генрихович в звании старшего лейтенанта был уволен в запас по инвалидности — вследствие фронтовых ран. Медицинское заключение неумолимо: «Годен для работы в гражданских учреждениях при пониженном рабочем дне без тяжелой физической и умственной нагрузки». А Ивановский вопреки всем запретам сумел подняться до самого космоса!
