Сильвана прищурилась, пытаясь понять, кем же был загадочный отправитель. Она не смогла узнать почерк сразу, но он все же казался смутно знакомым. Список тех, кто ополчился против Темной Госпожи, как и тех, с кем она отказалась сотрудничать, был длинным. Усмехнувшись, Сильвана развернула ткань и открыла небольшую деревянную шкатулку.
В груди что-то сжалось, и она бросила шкатулку на пол, словно ядовитую змею.
Королева-банши еще раз взглянула на содержимое, затем встала и на нетвердых ногах подошла к столу. Трясущимися руками она открыла ящик. Там годами пылились вещи из прошлого. Их было немного: старые письма, наконечники стрел, оставшиеся от памятных убийств, и прочий хлам. Осколки былой жизни.
А еще небольшая шкатулка.
Первой мыслью Сильваны было бросить подарок неизвестного отправителя в ящик, повернуть ключ и забыть обо всем. Ничего хорошего из этого не выйдет. И все же…
Сильвана достала шкатулку и вновь села на кровать. С неожиданной нежностью она открыла крышку и заглянула внутрь. Несколько лет назад искатель приключений нашел эту вещь в Пиках Ветрокрылых, где Сильвана пала, и вернул ей. Тогда нахлынувшие воспоминания едва не сломили Темную Госпожу, и сейчас легче не стало.
Такая крошечная вещица имела огромную власть над могущественной Королевой-банши. Сильвана взяла ожерелье. Прохладный металл холодил ладонь, а голубой драгоценный камень мерцал. Сильвана аккуратно положила свое ожерелье рядом с тем, которое только что получила.
Оба украшения были так похожи и различались лишь драгоценными камнями – в ее украшении был сапфир, а в присланном – рубин. Сильвана также знала, что различаются и гравировки.
Открыв свой кулон, она прочла: «
Аллерия… еще одна Ветрокрылая, покинувшая семью. Первым пал их брат Лират, самый младший и, возможно, лучший из них. Потом исчезла Аллерия, прошедшая через Темный Портал в Запределье. А затем…
Сильвана покачала головой и вернула себе самообладание. Из всех Ветрокрылых в живых осталась лишь одна.
Сильвана открыла кулон с рубином, прекрасно зная, что за гравировка будет внутри.
Записка была краткой, по делу, и написана жирными буквами:
Всего несколько слов, а у Верисы уже едва не сдали нервы.
Ее сестра была умной. Если бы письмо кто-то перехватил, отправителя вряд ли удалось бы вычислить. Но даже в самом худшем случае едва ли в записке разглядели бы что-то опасное.
И зря, ведь вся опасность заключалась в месте встречи, в самом слове «дом». Вериса поблагодарила гонца Цзя Цзи (пандарен, сам того не зная, доставил сообщение, которое вполне могло бы стать поводом к войне), свернула свиток так туго, что он стал не толще линий начертанных на нем букв, и бросила в ближайшую жаровню.
– Вериса?
Эльфийка вздрогнула и развернулась. Это был Вариан.
– Суд скоро начнется. Поторопись, если хочешь подкрепиться.
Они с Андуином направились в сторону храма, доедая весенние рулетики. Вериса запоздало поняла, что жаровня, в которую она бросила записку, принадлежала тучному повару-пандарену, который ловко ставил бамбуковые пароварки друг на друга и вытаскивал клецки безупречной формы палочками. Заметив ее взгляд, повар вопросительно улыбнулся. Вериса кивнула, хотя есть ей хотелось меньше всего.
– Тебе понравится. Андуин вчера съел почти все клецки, которые приготовил Ми-Шао, – с улыбкой рассказал Вариан и взъерошил светлые волосы сына. Мальчик смущенно увернулся, выдавая своим поведением истинный возраст.
– Детеныш становится сильнее, – вставил Ми-Шао. – Пандаренская еда идет ему на пользу. Для меня честь кормить и радовать того, кто так хорошо понимает законы моей земли.
– Попробуй вон те маленькие, с зернами, – сказал Андуин Верисе. – Там начинка из лотосового корня. Очень вкусно.
– Спасибо, – поблагодарила Вериса. – Мне две клецки, пожалуйста.
– А знаешь, и мне тоже, – добавил Андуин. – Отец, ты иди, я тебя догоню.
– Тогда до скорого, – согласился Вариан, быстро обнял сына и направился в зал суда.
Андуин проводил его взглядом, поблагодарил Ми-Шао на пандаренском и откусил кусочек клецки, прикрыв глаза от удовольствия.
– Это
Вериса вспомнила было о собственных сыновьях, которые отличались тем же здоровым аппетитом, но очень быстро вернулась мыслями к Сильване. К клецкам она даже не притронулась.
– Ты в порядке? – спросил Андуин, прожевав и окинув эльфийку внимательным взглядом.
Сердце Верисы забилось сильнее. Какой же он наблюдательный! Интересно, чем она себя могла выдать? Известно ли Андуину о…
– Разумеется. А почему я должна быть не в порядке?
Вериса заставила себя откусить от клецки. Тесто было мягким и легко жевалось, а начинка, хоть и сладкая, не казалась приторной. Если бы не комок в желудке и ужасная сухость во рту, Вериса бы оценила это блюдо по достоинству.
– Ну, из-за того, что я сказал в суде. Я знаю, вы с тетей Джайной не горите желанием давать Гаррошу второй шанс. Хочу, чтобы ты знала: я понимаю почему. Правда.
