Как выяснилось потом, в навигаторе Кости Бабича стоял режим объездных дорог. Весь вечер и всю ночь мы кружили по Донецкой области, старательно объезжая все крупные трассы и смутно представляя себе, где находимся.
Наконец, глубокой ночью, мы въехали в Харьковскую область в районе Барвенково. В Краснограде пробили колесо. Запаски не было.
В результате запаску уже утром нам привез из Харькова Костин товарищ.
В Харьков мы так и не попали.
На блоке в поселке Высоком милиционеры почему-то не захотели впускать нас с оружием в город. Даже говорили что-то о его изъятии.
На это мы ответили, что оружие конечно же не сдадим, но они могут попробовать его взять.
Они не захотели.
По концовке, после длинных и нудных обсуждений, даже с телефонным участием Ротного, добазарились, что в Харьков мы с оружием не едем, а разворачивается и чапаем в Черкасское.
Голодные и злые, развернулись и уехали.
…До сих пор, проезжая блоки, я внимательно всматриваюсь в лица милиционеров.
Я хочу найти среди них лейтенанта, который 5 июля 2014 года стоял на Высоком. Стоял с георгиевской ленточкой на магазине АКМСа…
Рано утром я, Паша Мазник, Карабей и Сережа Ткачук выехали в Николаевскую область за новыми винтовками.
Набросали в тентованный «Урал» матрасов, воды, сухпаев. Доехали с комфортом.
В Вознесенске, на базе артвооружения, было красиво: вдоль центральной аллеи на территории части стояли пушки и минометы разных видов — маленький музей.
Там, на базе, познакомились с двумя нацгвардейцами. Они уже второй месяц безвылазно сидели тут, «выталкивая» в свои части оружие — вагон за вагоном.
Все 23 винтовки были «нульсовые». Сразу же, после выпуска в 1990 году, легли на склад.
На базе имелся отличный 100-метровый тир. Мы проверили оружие. Я отобрал себе винтовку № 93600, которую посчитал наиболее точной (насколько можно говорить о точности, выпустив по 5 пуль из каждого ствола).
С этой винтовкой я довоевал до дембеля. Она действительно оказалась лучшей в роте.
На обратном пути было холодно. Шел дождь. Мы лежали, прижавшись друг к другу, на дне кузова, а мокрый ветер, пробиваясь в прорехи тента, выдувал из нас тепло…
Только через несколько дней я узнал, что по дороге назад мы проезжали мимо дома Сережи Ткачука, в десяти минутах были. Могли без проблем заехать, задержаться на три-четыре часа. Но он ничего нам не сказал. Не попросил. Не посчитал возможным.
Уж такой он был человек. Твердый…
Из Луганской области, из 1-й РТГР вернулся Морячок — контрактник Игорь Павленко.
Он вышел на Восток еще в марте. Почему сейчас вернулся — история мутная: тамошние командиры посчитали его сепаром.
Наш бригадный СБэк с ним беседовал — никакой Морячок не сепар, служить может.
Сам Моряк объяснял, что пострадал из-за своей критики дурных приказов тупых командиров. Он действительно любил высказаться о том, как все неправильно. Но я думаю, кроме критики, начальству не понравилось, что он «закрутил» с местной.
Игорь Павленко (Морячок)
Игорь собирался ехать воевать на 2-й БТГР, к Ротному.
Морячок оказался человеком бывалым: очень помог нам в пристрелке новых винтовок, много полезного рассказывал про службу на Востоке. Мне показал, как сделать подсветку прицельной сетки от обычной пальчиковой батарейки. Штатные батарейки, полученные вместе с винтовками в Вознесенске, за 24 года хранения конечно же пошабашили.
Мотострелки-харьковчане, с которыми я приехал в Черкасское, 8 июля в составе 4-й БТГР уехали на войну. Пора и нам…
Взвод был на полигоне. Стреляли из винтовок.
Подъехала машина. Из нее вышел старшина роты, медленно побрел к нам.
— Сегодня наши штурмовали Карловку. Убит Вася Ярославцев — не выдержала плита бронежилета. Тяжело ранен Янчук…
Вася погиб потому, что был в броне, которую отдал ему я. Что мне стоило предварительно проверить плиту, прострелять на полигоне? Но я этого не сделал. По неопытности…
Если бы Вася поехал на фронт вообще без брони, ее выдали бы прямо там, на месте, нашли бы. А если бы не нашли — не пустили бы в бой, и он сейчас был бы жив…
С этой виной мне жить до конца моих дней.
До сих пор не знаю, что за мразь передала фуфло в военкомат в качестве «гуманитарной помощи».
Не теряю надежды узнать…
Когда вернулись с полигона в ППД, я пошел в магазин, купил еды. Сел в скверике за КПП, поел.
Набрал Ротного и сказал, что готов прибыть на замену погибшему.
Гвардии капитан Кудря немного помолчал и ответил:
— Мне нужен ты и еще четыре человека. Подберешь добровольцев и подашь списком Мазнику: пусть проведет приказом через штаб. Не задерживайтесь!
Добровольцев можно было не подбирать, я верил: стоит мне только предложить ехать — и согласится любой. Так что вопрос был лишь в том, кому предложить.
