В это момент чуть в стороне послышался сдавленный вскрик и взволнованные голоса. Один звучали недоумевающе, другие осуждающе. Теракопа тут же поспешил к месту происшествия. Куренной не мог оставаться в стороне от происшествий, коль скоро случился поблизости. Михаил последовал за ним.
Ну что тут сказать. Даже спорт его современности, при всех правилах и ограничениях, изобилует травмами. Что уж говорить о нынешних единоборствах, проходящих жестко и в полный контакт. Цели такой конечно не стоит, но от случайностей никто не застрахован.
Вон стоит бедолага, виновник происшествия, с растерянным и недоумевающим видом. Понятно, что ничего подобного не хотел. Но случилось то, что случилось, и назад не воротишь. Его соперник сидит на земле зажимая руку и роняя тягучую слезу. Народ тут крепкий и коль скоро он себя так ведет, то ему и впрямь невероятно больно. Как еще в отключку не ушел от болевого шока.
Н-да. А вообще парню не позавидуешь. Ладно бы еще нога. Кочевники считай все время проводят в седле. Но рука. Да еще и правая. Вот уж инвалид, так инвалид. У половцев с медициной откровенно плохо. Переломы конечно случаются, и зачастую это приводит к инвалидности, что в их среде равносильно приговору. Никогда увечному не подняться в их иерархии.
— Теракопа, можно мне посмотреть его? — поинтересовался Михаил.
— Ты лекарь?
— Я умею лечить некоторые раны и увечья, — уклончиво ответил Михаил.
— Сейчас придет наш знахарь, он и посмотрит.
Вскоре и впрямь появился мужичок средних лет. Поглядел так и эдак. Помял руку, определяя степень повреждений. От Михаила не скрылось то, насколько он все делает грубо и неумело. К тому же от боли парень непроизвольно дергался, чем усугублял положение. Ну что тут сказать, коновал.
— Теракопа, он сделает его увечным, — вдруг проникнувшись состраданием к парню, произнес Михаил.
Впрочем, вело его далеко не только оно. Он все еще продолжал зарабатывать очки в глазах кочевников. Кто знает, быть может когда-нибудь вот этот молодчик, будет пускать стрелы в Михаила же, вот этой самой рукой. Но сейчас он может сослужить службу. Так отчего бы не воспользоваться ситуацией.
— Ты можешь помочь?
— Я сделаю это гораздо лучше вашего знахаря.
Куренной подошел к знахарю и поинтересовался его прогнозом. Тот оказался неутешительным. У него никак не получалось сложить кость обратно. Когда он казалось уже был близок к цели, сам же раненый неизменно все портил дергаясь от боли и только усугубляя положение.
Михаил склонялся к мысли, что знахарю попросту не хватает квалификации. Не было у него нормального учителя. Что-то он почерпнул от наставника, до чего-то дошел сам, но в его обучении слабо учитывался опыт прошлых поколений, что имело место в Царьграде. Пока, имело место.
Михаил подступился к раненому. Ощупал руку не обращая внимания на состояние воина и полностью сосредоточившись на пальпации. Удовлетворенно кивнул. Потребовал отрез полотна, и ровные рейки. Получив потребное, ободряюще улыбнулся бедолаге и без затей врезал ему ребром кулака в лоб, отправляя парня в нирвану.
Долго беспамятство не продлится. Игнорируя возмущенные крики, и увещевания присутствующих Теракопой, Романов сосредоточился на составлении плечевой кости. Действовал он четко, решительно и где-то даже грубо. Но рассусоливать времени нет. Обезболивающие отсутствуют, беспамятство продлится недолго, перелом достаточно сложный. И он успел управиться еще до того, как раненый пришел в себя.
После этого, Михаил подошел к знахарю, чтобы переговорить. Вот уж чего не хотелось, так это оставлять за спиной обиженного лекаря. Они всегда и во все времена пользовались уважением, а к их мнению прислушивались. Так уж устроен мир. Никто не застрахован от различных болячек, и хорошее расположение со стороны врача никогда не будет лишним.
Романов объяснил знахарю. В чем именно он ошибся и как нужно было действовать. Рассказал, как следует лечить переломы и как пойдет процесс заживление у конкретного больного. В результате он сумел-таки подластиться к нему, и два последующих дня они частенько проводили вместе. Навестили других больных. Чему-то научился и Михаил, узнав кое-что новое о некоторых лечебных полевых травах.
А еще днем позе хан наконец объявил свое решение. Он готов был заключить договор с Романовым, на обозначенных условиях. Что не могло не радовать. Дело оставалось за малым. Теперь нужно было технично свалить от императора и добраться до своего нового дома.
— Михаил, нравится ли тебе моя дочь?
Они с Теракопой завтракали в его шатре. Вчера хан объявил свою волю. Сегодня Романову предстояла дальняя дорога к Славутичу, где его уже заждались пограничники. В путь решено было двинуться с рассветом. А до ого, неплохо бы плотно поесть.
