Дни прошли, а то и годы, Не узнаем до конца, Нет вестей от воеводы, Нет ни слухов, ни гонца. Стонет по ночам Еланья, Сбросив тонкое бельё, Точат плотские желанья Тело белое её. То ли дед перестарался, Круто травы заварив, То ль нечистый надсмеялся, Знак над зельем сотворив, Жар в нём адский растворив. И припомнилось невольно, Как вещал ей Белый дед, Будто небом установлен Был ей чувственный запрет. Вот и лезут в ночь напасти Ей на горе и на страх, Разрывают плоть на части В простынях-пуховиках Необузданные страсти, Испечённые в грехах.<p>35</p> За горами, за долами, Где-то за Почай-рекой Впору петь за упокой — Поле устлано телами Будто скошенной травой. Трое русичей, калеки, Днём по балкам хоронясь, Куль везут домой в телеге, А в куле том мёртвый князь. И настала ночь слепая Да напала буря злая — Вихри, вспышки, грохот, ужас, Бесы в дикой пляске кружат, Душу метят взять в полон, Вышибить из тела вон! Ливень движется стеной… Чу! Она уж за спиной, Толстоструйная стена — Наигрался сатана Да погнал чертей за Дон, Снова ночь да тишина. В голове как будто звон… Или это чей-то стон? Вылезли из-под телеги Ошалевшие калеки, Навострили слух, крестясь… Ба! Да это стонет князь! Хорошо, когда со славой, На коне и со щитом Развесёлый, разудалый Богатырь вернётся в дом. Слава всем, кто лёг в курганы На далёком берегу, Нанеся урон и раны В свой последний час врагу. Мир тем воинам-калекам, Что по всей Руси от века, Отстоявши свой редут, По обочинам бредут. Им, увечным и убогим, И безруким, и безногим, Сердобольный наш народ Где подаст, а где нальёт. Только вот какая штука — Скажем, ты пришёл назад Раненный не в грудь, не в руку, А пронзён, простите, в зад. Вот уж повод всей округе, Языкастым шутникам, Не бывавшим сроду там, Позабавиться от скуки — Мол, не рана то, а срам! Мол, ты, Ваня, расскажи-ка, Чем Россию прикрывал, Ну-ка, Ваня, покажи-ка, Не торчит ли там кинжал, Али резво ты бежал? И совсем нелепый случай, Пусть один на миллион Но сбывается и он, Коли богатырь могучий Промеж чресел поражён. Руки, ноги – всё на месте И курчава борода, Только он к своей невесте Не вернётся никогда, Потому как наш боец Не самец и не отец. – Что ж ты, Ваня, в том бою Прятал голову свою? Да и прятал так неловко, Что сложил свою головку Храбрый маленький Иван, То-то посмеялся хан! И не раз в угаре пьяном Бывший храбрый мужичок, Меченосец и стрелок, Пожалеет, что в курганы Сотоварищи не лёг. Это самое увечье Получил наш человече, Воевода князь Мстислав. Он лежал на поле бранном, В небо бороду задрав, С виду вовсе бездыханный.<p>36</p>
