Чино помолчал, подгоняя длинный челн ударами весла. Похоже, что за сегодняшний день не устал только он. Возможно, это было потому, что он несколько раз проводил лодку через перекаты на реке, в то время как остальные шли в обход по непролазным джунглям, да еще и несли на себе оружие и боеприпасы, которые были бы потеряны, если б лодка перевернулась где-нибудь на стремнине.
Бог миловал, Чино не подкачал: он благополучно провел лодку через все пороги и перекаты, после чего река расширилась, а мы получили возможность немного передохнуть.
— Дорога, по которой движутся люди, что украли ваш вездеход, недалеко отсюда выходит на Древний Путь, — продолжил излагать Чино, — так что вы можете попытаться перехватить их до того, как они углубятся в горы.
— Если они в них еще не углубились, — заметил Лука.
— Не углубились, — отозвался Шварц.
Толстяк в последние часы только и делал, что, закрепив на борте лодки небольшие тисочки, вжикал надфильками, щелкал затворами да время от времени рассматривал рубиновую метку на голографической карте. К тому же он умудрился использовать свой браслет как своеобразный тестер: очевидно, в нем были какие-то функции для калибровки оружия, так как Шварц многократно подносил его к различным деталям, исследуя их на предмет дефектов. После такой проверки несколько ствольных трубок попросту отправились за борт, очевидно не соответствуя требованиям толстяка.
Глядя на возню Шварца с оружием, я все больше утверждался в мысли, что Фридрих Францевич таким образом отвлекается от неприятных мыслей, обретая душевный покой в любимом занятии. Что ж, если и так, то такая польза — тоже польза.
— Как это ни странно, но, кажется, мы их обогнали, — Шварц снова сверился с проекцией карты и вернулся к своим тискам. — Во всяком случае ночью они, как и мы, не двигались с места. Да и днем задержек у них было немало. Все эти местные дороги, дороги…
— До темна успеем их перехватить? — В глазах Луки мелькнул огонек азарта. — А, Чино?
— Возможно, сеньор. Хотя до захода нам желательно миновать Алые Столбы.
— Почему?
— Красные псы, сеньор. Страшные животные.
— Алые Столбы, красные псы… не слишком ли много красного цвета? — недовольно заметил Шварц.
— В этих местах была большая битва, — Чино понизил голос, придавая своим словам торжественность и таинственность: — Тысячи и тысячи людей погибли. Старики рассказывают, течение реки было красным от крови. Вот скалы и впитали кровь, приобрели алый оттенок. Даже листья на деревьях, лианы, трава — все потемнело от пропитавшей землю крови. А потом здесь поселились красные псы. Говорят, их привлек запах крови, а также боль и страдание, окутавшие эти берега. Теперь на них никто не живет, не селится. Охотники тоже стараются обходить Темные джунгли стороной. Но сейчас бояться нечего, сеньоры: красные псы появляются только после заката. Так что нам просто нужно миновать эти скалы.
— Чего-то не очень вдохновляющая история, — поежился Санёк. — Спасибо, дорогой Чино, за то, что ободрил, поддержал боевой дух!
Чино ничего не понял: штурман говорил по-русски, но на всякий случай белозубо улыбнулся «сеньору в простыне». К слову, Санёк никак не желал расставаться со своей импровизированной накидкой, утверждая, что в ней прохладней, чем в футболке, к тому же она хорошо защищает от солнца. Вот и теперь Лапшич сидел словно под странным тентом: он засунул один край постиранной и просушенной на солнце простыни под свою любимую кепку-бейсболку, а другие края развел в стороны, пришпилив их к бортам лодки колючками какого-то местного кустарника. Сейчас Санёк хмуро перебирал патроны: Шварц посадил его и меня, чтобы мы рассмотрели каждый из нескольких тысяч патронов самых разнообразных калибров, рассортировали их, а выглядящие неподобающим образом — выкинули за борт. «Меньше осечек — больше шансов остаться в живых, если дойдет до огневого конфликта!» — так отрезал толстяк на нытье Санька, что нас заставляют заниматься ненужной работой.
— Самое лучшее ободрение — хорошее оружие! — Шварц наконец-то оторвался от своих железок и, облегченно вздохнув, протянул мне собранный и смазанный автомат: — Держи, Проходимец! Владей, коль ничего лучшего не имеем!
Я принял АКС-74, поблагодарил.
— Да Лёха на «калашах» помешан, — кинул реплику Санёк. — Даже на Пионе с АК бегал. Правда, ему тот автомат Никифор навернул: всяких прибамбасов навешал, прицелов…
— Прибамбасов, к сожалению, у меня никаких не имеется, — развел руками Шварц. — Но я перебрал все имеющиеся стволы и собрал несколько единиц, более-менее достойных того, чтобы из них стреляли. К примеру, этот АК собран из деталей от пяти… — нет, шести! — автоматов. Кое-что доведено до ума при помощи этого жалкого инструментария. К слову, боевую пружину я поставил тебе от РПК — послужит дольше.
— Спасибо, Фридрих Францевич, — еще раз поблагодарил я.
