— Беглец обнаружен, — бросил я несколько слов в рацию, оповещая товарищей о своем местоположении, — движется в переулок, параллельно улице Сити Холл Уэй. Преследую пешком.
— Ехидна приняла, выбираюсь из демонстрации. Две минуты, — сказала Вася, которая, вероятно, все еще была зажата где-то в толпе.
— Леший принял, — безэмоционально отреагировал командир, — я и Змей сейчас у мечети. Восемь минут.
— Ехидна, забери машину, — скомандовал я, несясь на крейсерской скорости.
— Так точно! — по-деловому ответила Вася.
Я никак не мог понять одного: этот переулок вел почти прямо ко входу на территорию базы Иностранного корпуса. Какого черта парня понесло туда, где даже в такое напряженное время дежурили если не сотни, то десятки рядовых и офицеров?
Ответа на мой вопрос не последовало. Забежав в переулок, я увидел спину молодого кенийского мага, который уже скрывался за следующим поворотом. Как мне вообще догонять мага воздуха, а?
Пытаясь ответить на свои внутренние противоречия, я не заметил стоявшего передо мной прохожего и совершил резкую остановку, путем впечатывания в спину ни в чем не повинного гражданина, после чего свалился на землю.
— Прошу про…, — начал было говорить я, вновь подскакивая на ноги, но затем увидел, в кого именно я ненароком врезался.
Передо мной стоял Кобэ, который со свойственным ему недовольным видом потирал правое плечо. Байкер находился рядом со своим мотоциклом, с которого, казалось, просто срезали все лишнее: заднее крыло было заметно укорочено, переднее вообще отсутствовало, как и багажник и кузов. Но любоваться транспортом Кобэ у меня не было времени.
— Именем Иностранного корпуса, — выпалил я, прыгая на узкое кожаное сиденье байка, — я реквизирую этот транспорт. Можете получить его назад на базе в течение недели. Ключи!
К моему удивлению, Кобэ молча полез во внутренний карман своей черной куртки и протянул мне небольшой металлический предмет с надписью «Кудара», видимо, бренда мотоцикла. Вот только лицо пожилого байкера изменилось до неузнаваемости.
Вместо привычных неприветливости и раздражения на нем проступает грусть и удивление: губы сжаты в тонкую линию, брови подняты вверх, заполонив широкий лоб новой волной тонких морщин, а на глазах проступили слезы. Мне стало совестно забирать у мотоциклиста его детище, но другого выбора сейчас просто не было.
— Прости, Кобэ, но он мне правда очень нужен, — быстро проговорил я, переводя взгляд с раздосадованного байкера на дорогу в конце переулка и заводя мотоцикл, — Верну в целости. Обещаю.
Вместо привычного хмыканья до меня донесся глубокий вздох. Но дальнейшей реакции со стороны Кобэ я дожидаться не стал и рванул в сторону родного шоссе, с которого начиналось почти каждое патрулирование или задание солдат Иностранного корпуса. Преступник должен сидеть в тюрьме. И я твердо намеревался поймать мага, явно неслучайно зашедшего на огонек в центре Найроби.
— Это Святой, преследуя подозреваемого по шоссе 104 на север, — доложил я о своем местоположении отряду. Все же в одиночку мне мага не одолеть, даже молодого.
— Принято, — ответила Ехидна.
— Принял, — отреагировал командир.
Вырвавшись на оперативный простор, я повернул направо, сбавляя ход и пропуская мимо себя ржавый серый пикап. Вход на территорию корпуса выглядел нетронутым, часовые все так же дежурили и ожидали приказов. Значит, либо поворачивать нужно было налево, либо кениец уже успел оторваться, пока я разбирался с арендой транспортного средства. Третьего не дано.
Я перестроился в правый крайний ряд и направился к перекрестку, в центре которого располагался крошечный круглый скверик, а дорога вилась вокруг него кольцом. Пробок на дорогах не было, но других участников движения хватало, чтобы я не пялился по сторонам постоянно в поисках беглеца, а еще смотрел, куда вообще еду.
В один из таких моментов, когда выехал на кольцо и собирался разворачиваться, от дороги меня отвлекло синее сияние чистого разума с левой стороны, поэтому я резко сбросил скорость, перестроился в соседний ряд под гудки недовольных водителей и повернул налево, проехав вокруг скверика против часовой стрелки.
— Поворачиваю на запад, Кеньятта авеню, — вновь доложил я в рацию.
— Принято, — одновременно ответили Вася и Игнат.
Я наконец смог разглядеть беглеца метрах в ста от себя. Нет, дело вовсе не в идеальном зрении Святослава, а в том, что теперь неприметную худую фигуру в черном худи охватил едва заметный синий свет. Замечать его среди прохожих стало гораздо легче, но я не сомневался, что через несколько секунд он рванет вперед и вновь скроется из виду. Полезный навык.
Паренек расслабленно оперся на одно из деревьев перед небольшой каменной церковью, в тени которого стоял. Я все еще не мог разобрать его лица, но после того, как я начал щуриться от беспощадно бьющего в лицо ветра, смотреть было уже не на что. Молодой чародей исчез, продолжив эту странную игру в кошки-мышки.
