— Он в удаленной крепости в Суссексе. Если вы подождете несколько дней, я смогу проводить вас туда. Только тогда он позволит вам приблизиться. Шотландец никому не доверяет. Последнего человека, который попробовал рыскать по его землям, он угостил четырьмя стрелами.
Кэт в изумлении посмотрела на графа:
— Он погиб?
— Нет, но, уверяю вас, никто с тех пор не пытался нанести визит Шотландцу без сопровождения члена Братства.
Довольно странно, но это было похоже на то, как мог бы поступить вспыльчивый Киранн.
Локлан протянул руку Страйдеру:
— Не могу выразить, как я вам признателен.
Граф пожал руку лэрда и похлопал его по плечу:
— Не бойся. У меня у самого есть брат, и я ради него на все готов.
Не удивительно, что лорд Страйдер так горел желанием помочь.
— Ваш брат здесь?
— Нет. По иронии судьбы он сейчас вместе с Шотландцем. И это еще одна причина, почему я не прочь вас сопровождать. Я не видел Кита уже почти год, — граф взглянул на жену. — Разумеется, если моя жена согласится.
— Да. Ради этого и я поеду и даже соизволю разговаривать с тобой в путешествии, так как оно затеяно ради доброй цели, в отличие от твоей неестественной склонности сбивать взрослых мужчин на землю палкой.
Страйдер закатил глаза.
Взгляд Ровены потеплел:
— И будь сегодня вечером на пиршестве, супруг. Александр и Уильям скучают по своему отцу, и меня уже утомили их жалобы.
Графиня вышла из палатки прежде, чем Страйдер успел что-то ответить.
— Уильям и Александр? — спросила Кэт.
— Наши сыновья. С тех пор как их мать запретила мне входить в ее покои в цитадели, у меня не было возможности с ними видеться. Ровена боится, что мой воинственный характер их испортит.
Локлана озадачили слова графа:
— Разве леди Ровена не понимала, что вы рыцарь, когда выходила за вас замуж?
— Да, но больше всего на свете она боится, что я погибну в бою, как это случилось с ее отцом, поэтому она постоянно меня распекает. Но едва завершится турнир, и я при этом останусь жив, она успокоится, — легкая улыбка заиграла в уголках губ лорда Страйдера. — Я узнал, что роза достойна того, чтобы время от времени мириться с несколькими ее шипами. Я понимаю, что такой неучтивой мою жену делает лишь страх. Но если бы она не любила меня так сильно, ей было бы все равно, что со мной произойдет. Так что я с радостью приветствую ее злость на турнир, но прошу вас, во имя любви Божьей, не говорите ей об этом! Боюсь, что в таком случае она разозлится еще сильнее.
Локлан рассмеялся:
— Твоя тайна в безопасности.
— Хорошо. А теперь, с вашего позволения, мне нужно подготовиться к следующему поединку.
Горец вслед за Кэт вышел наружу и, дождавшись, когда они снова останутся одни, сказал:
— А теперь расскажи мне об этом тайном Братстве Меча.
Кэт перевела дыхание и подумала о своих друзьях, Язычнике и Лисандре, и о шрамах, которые они носили на теле и в душе.
— Все они были пленниками в Утремере. Их держали в одном сарацинском лагере. Страйдер был одним из вождей этих узников: он и остальные искали способ сбежать. Но, как ты слышал, побег прошел не совсем гладко, и многие из пленников так и не увидели дома. Те, кому это удалось, создали сообщество, которое помогало бы другим вернуться к своим семьям, а недавно освобожденным из плена снова привыкнуть к обычной жизни. Члены этого сообщества называют себя Братство Меча, и все они носят на руке особую метку: выжженное клеймо в виде полумесяца и ятагана.
Локлан сжал зубы, попытавшись представить те ужасы, которые Киранн, должно быть, пережил в таком месте. Лэрд слышал достаточно рассказов о сарацинских темницах, чтобы знать, что все пленники вынесли оттуда мучительные шрамы. Если Шотландец — его брат, то, как знать, остался ли еще Киранн в своем уме.
— Этот Язычник, с которым ты путешествовала…
— Он был хорошим человеком, но отказывался говорить о своем пребывании в темнице. А Лисандр, когда напивался, рассказывал. Это было воистину ужасно.
Девушка протянула руку и коснулась Мак-Аллистера:
— Мне так жаль, что твой брат оказался там.
— Мне тоже.
Если бы Локлан только мог, он бы с радостью поменялся местами с Киранном.
Катарина взяла его руку в свои ладони:
— Что заставило его уйти из дома?
— Ссора. Он влюбился в женщину, Изобейл. Ее хотели выдать за другого, поэтому он сбежал с ней среди ночи, полагая, что спасает от будущего мужа. Из-за этого между нашими кланами вспыхнула война. Киранн привел Изобейл к нам в дом, и мы с радостью ее приняли. Но с самого начала я знал, что она станет источником неприятностей. Она даже приставала ко мне как-то ночью, когда Киранн уже лег спать.
— Ты ему рассказал?
— Я попытался, но он лишь посмеялся надо мной. Так продолжалось, пока Изобейл не обратила свое внимание на нашего брата Ювина. Тогда-то Киранн понял, что я был прав. Но эта девица, утратив интерес к Киранну, подговорила Ювина бежать с ней ночью и доставить в Англию, где ее уже поджидал другой любовник.
