- Почему бы и нет? - воскликнул он. - Почему бы не вернуть ему меч? А ты, Плейстор, разве так и не скажешь, что трон Фракии - и даже Апсинфии! мне не по зубам? - И он звонко шлепнул ладонью по подлокотнику.
Я замотал головой и сказал:
- Мне не хочется проявлять грубость по отношению к тебе, Тамирис, и я совершенно не представляю, по зубам ли тебе Апсинфия или Фракия. Если ты мечтаешь именно о них, то желаю тебе в этом всяческих успехов.
- Так ты и есть Тамирис, господин мой? - промолвил пленник. - А меня зовут Гиперид. Я приплыл из Афин, однако привез я благородного Асета, стратега, назначенного на этот пост Павсанием, регентом Спарты; спартанцы - наши союзники, как, надеюсь, тебе уже известно. Уверяю тебя, я не шпион и не возмутитель спокойствия, и у меня здесь есть друзья, которые будут рады поручиться за меня.
Тамирис заговорил так, словно и не слышал его слов:
- Мы, фракийцы, могли бы стать хозяевами мира. Тебе это известно, Плейстор?
- Не сомневаюсь. В вашей стране немало доблестных мужей, - сказал я.
- Численностью нас превосходят только индийцы, - он доверительно склонился ко мне, - а воинственностью - только спартанцы! Если бы мы были едины - как то и должно быть! - нам не мог бы противостоять ни один народ на земле.
- Но вам ведь нужны будут союзники, - быстро вставил Гиперид. - Хотя у вас, разумеется, есть отличная кавалерия и пехотинцы с легкими щитами. Армия у вас хорошая, это я знаю. Даже очень хорошая. Но вам потребуются и гоплиты, и флот! В настоящее время лучшие фалангисты - спартанцы, это всем известно. А лучшие корабли у нас, как мы доказали это при Саламине.
Тамирис по-стариковски откинулся на спинку трона, уставившись на закопченный потолок. Наконец он вздохнул:
- Ты все еще здесь? Ну хорошо, я прикажу выпустить тебе кишки твоим же собственным мечом, как только Делопт принесет его. Ты будешь выпотрошен Плейстором, если мне удастся с ним договориться. А я полагаю, что удастся. - С этими словами он поднялся, сошел с трона и остановился предо мной. Ты, по слухам, правишь любой битвой. Но это не так! После стольких лет я... мы... нашли его! - Быстрым, летучим движением скрюченные, похожие на когти, пальцы его погладили меня по подбородку и по нижней части щеки, не закрытой лицевой пластиной шлема. Потом он спокойно положил руку мне на плечо. - Если бы ты действительно был тем, кем себя называешь, то сразу убил бы этого чужеземца по моей просьбе его же мечом. Хотя сам он сделал бы это непременно, только ты, в отличие от меня, этого не понимаешь. Ну так вот я тебе это говорю.
Он казался мне странно похожим не на человека, а на марионетку в руках невидимого кукловода. Я сказал:
- Хорошо, пусть я хозяин на любом поле брани, как ты утверждаешь. В таком случае от его имени уверяю тебя: ни один стратег, достойный его приказаний, не станет убивать тех, кто охотно пошел бы воевать на его стороне.
Вот и все. Больше мы с Тамирисом ничего сказать не успели, потому что широкая дверь в дальнем конце зала широко распахнулась, вбежал пелтаст и пал ниц перед Тамирисом, сжимая в руках дротики. Они заговорили на неведомом мне языке, причем пелтаст явно возражал, указывая на дверь, и пытался в чем-то убедить своего повелителя. Он был немного младше меня, и я чувствовал, что, хотя ему было стыдно спорить со стариком, но это все же необходимо.
Тамирис закричал на него и сердито умолк; потом заговорил Нессибур, а из темноты за троном послышалось утробное ворчание, при звуках которого Тамирис невольно вздрогнул. Он громко позвал кого-то, хлопнув в ладоши, и с десяток хорошо вооруженных людей тут же вбежали в зал и встали по обе стороны от него. Нессибур и молодой пелтаст вышли - видимо, улаживать те дела, которые привели пелтаста сюда.
И тут вернулся Делопт, неся меч Гиперида, кошель с деньгами и некоторые другие вещи. Гиперид привязал кошель к поясу, а меч повесил на шею, как то делают все эллины (они редко носят меч на поясе).
- Твой хозяин стоит у ворот, - сообщил Гипериду Тамирис. - Нессибур впустит его во дворец, и если ты умрешь у него на глазах, как то и подобает мужчине, то получишь удовлетворение хотя бы от того, что не только в его хваленой Спарте такие мужественные люди.
- А если я останусь жив, - откликнулся Гиперид, - то покажу, что Афинам вообще нет равных!
Тамирис обернулся ко мне:
- Возьми его меч, Плейстор, и жизнь его в придачу. Или же потеряй свою.
И тут я воскликнул:
- НО ЭТО ЖЕ КАБАН!
Я вовсе не собирался так громко кричать, но эти слова сами сорвались с моих уст, прежде чем я успел их сомкнуть, хотя Гиперид смотрел на меня, как на сумасшедшего (я действительно был близок к безумию, когда наконец догадался, что это за странный запах перебивает здесь все, даже запах дыма: это была не просто свиная вонь, но куда более сильный, мускусный запах опасного зверя - такой запах легко улавливает любой охотник, затравив вепря в лесу).
25. ПРОЩАЙ, ФРАКИЯ
