Рагнар попробовал что-то нерешительно возразить, но все знали, что с великаном Свавильдом связываться бесполезно. Одним ударом огромного кулака, он мог угомонить любого, кто осмеливался ему перечить. Порой навсегда. И потому Рагнар предпочел смирить уязвленное самолюбие и уступить.
Богатырь подошел к худощавому мореходу и протянул ему руку.
– Ну что, позабавимся?! Покажем местным обитателям, на что годны сыны моря?! Клянусь Одином, мы не вернемся без добычи!
С борта «Зверя» на воду спустили легкую кожаную лодку. Двое добровольцев, на ходу перебрасываясь короткими фразами с остающимися, спустились в нее. Оттолкнулись от просмоленного бока драккара, взялись за весла и мощными гребками погнали свой кораблик к песчаной полосе пляжа. Некоторое время оставшиеся провожали их взглядом, затем Тор негромко произнес:
– Великий Один, пошли им удачу.– После чего решительно скомандовал:
– А теперь – по местам. На драккаре для каждого найдется достаточно работы.
Стражи побережья
С самого утра Элга, семнадцатилетняя воительница Государства Девы, почувствовала приближение чего-то необычного. Вытянувшись на шкуре под пологом палатки, она сквозь полудрему слышала осторожные шаги второй амазонки, звяканье уздечки и нетерпеливое фырканье коней. Однако вставать не стала. Хвала Афине, сегодня очередь подруги скакать с докладом в прибрежное святилище. А время утреннего объезда берега еще не настало. И потому Элга лишь устроилась поудобнее, досматривать самые сладкие предрассветные сны. Гул копыт, приглушенный травой, вскоре затих. Значит, старшая из их команды, Алкеста, покинула лагерь. Высокая поджарая амазонка с зеленоватыми, словно у дриады глазами, и темно-каштановыми волосами, заплетенными в две короткие косы. В отличие от Элги, эта воительница имела завидный боевой опыт, и Совет жриц недаром уже несколько раз поручал ей охрану рубежей. До сих пор Алкеста несла Служение Деве в одном из отрядов, охранявших степные границы Государства Амазонок. Однако этим летом внезапно была отозвана из своей когорты и направлена на прибрежный пост. Вестница, доставившая поручение, имела такой заговорщицкий вид, что Алкеста сразу почувствовала, что с переводом что-то нечисто. Да еще со столь необычной напарницей! Элга принадлежала к когорте «золотых»: телохранителей царицы, практически неразлучных с живым воплощением Афины. И потому, немало повидавшая на своем двадцатипятилетнем веку воительница, сильно удивилась полученному предписанию. Ведь всем и каждому в землях амазонок известно, что «золотые» это нечто особой касты среди воительниц. Личная охрана Девы Дев. Всех девушек, посвятивших себя служению Воительнице, с раннего детства обучали боевому искусству, танцам, верховой езде. Строгий жреческий отбор определял место молодой служительницы в одном из отрядов. Охотницы, лучницы, воины основного отряда, разведчицы. Наделенные особыми способностями могли попасть в клан Артемиды, обитающий в горном храме. Там под присмотром Совета разводили священных животных и обучали секретам общения с духами. Некоторым выпадала честь войти в число будущих жриц. Кто-то отправлялся на обучение к Алтарю Целительницы. Но среди нескольких сотен боевых амазонок только два десятка «золотой когорты», помимо этого проходили Посвящение в Подземном Храме. Именно там Высший Совет создавал из них живой щит, надежно охранявших Царицу от любого посягательства. Чему и как обучали «золотых», толком не знал никто, кроме, разумеется, Посвященных. Это знание было тайным и охранялось даже от соплеменниц. И потому о «золотой когорте» ходили легенды. Несмотря на внешние различия (а в свите Царицы не было двух одинаковых женщин), все телохранительницы были объединены какой-то неведомой особенностью, связывавшей их сильнее, чем кровное родство. Достаточно было один раз увидеть действия «золотой когорты» в бою или на охоте, чтобы понять – это не просто отряд, а скорее единый организм. Сплоченный, натренированный и безотказный.
По совести говоря, рядовые служительницы Девы «золотых» не очень-то жаловали. Кто-то просто завидовал, не сумев попасть в ряды избранных. Кто-то усматривал в избранности «золотой когорты» вопиющую несправедливость, нарушающую всеобщее равенство. Кто-то побаивался. Слишком уж хорошо все у них получалось. Будь то метание дротиков, рукопашный бой или схватка на мечах. Все-таки, какими бы необычными женщинами ни были амазонки, они от этого не переставали быть женщинами.
Как показало время, Алкеста не зря искала подвоха в новом назначении. Охрана приморской границы была скорее прикрытием истинной цели. Основной задачей догадливой воительницы стало изучение характера новой подруги, ее вкусов и привычек. Девушке из «золотой когорты» предназначалась редкая для амазонки судьба: она приглянулась сыну вождя племени каллатов, владевшему землями к западу от Государства Афины, и, по решению Совета Жриц, должна была вступить в брак для укрепления мирного договора амазонок и их соседей.
