Дверь трактира хлопнула об стену, на крыльцо вышел пьяный шахтер в замызганной униформе. Вместе с ним вылетело облако въевшейся в кожу каменной пыли, неистребимая сажа, опадая с одежды, марала доски. Пошатнувшись, герой кирки и лопаты с трудом преодолел три ступени и, потеряв равновесие на четвертой, свалился набок. Через секунду из лужи, где приземлился шахтер, раздался мощный храп. Стоявшая рядом с ним свинья недовольно хрюкнула и потрусила прочь к своим.
— Я ему даже завидую, — признался маг, кивая в сторону спящего. — Живет себе человек, ни в чем себе не отказывает, о плохом не думает. А ведь мы с ним оба — люди, но у меня работа, учеба, контракты…
Тани перевела взгляд с мага на шахтера.
— Да, у вас определенно есть общие черты, — заявила она. — Одинаково страшные. Ты видел, с каким ужасом убегала свинья? У бедняжки теперь неделю будет понос от пережитого.
Мандар лишь вздохнул. Опираясь на посох, маг поднялся по лестнице и, отворив дверь трактира, скрылся внутри. Оставшаяся в одиночестве воительница, бросила взгляд на небо. Там, среди густых облаков, она без труда отыскала маленькую фигуру с четырьмя белоснежными крыльями. Словно сотканный из солнечного света огненный меч в его руке медленно повернулся и указал в сторону.
С благоговением склонив голову, блондинка выхватила клинок из ножен. Лезвие погрузилось в землю трактирного двора, а сама девушка встала на колени.
— Благодарю, Михаил, — прошептала она, прикасаясь губами к маленькому кресту в рукояти меча. — Я сделаю, как ты хочешь. Дьяволы будут истреблены.
Фигура четырехкрылого человека исчезла, и Тани, Героиня Михаила, поднялась на ноги. Вытерев клинок меча, убрала его в ножны и, бодро шагая по ступенькам, скрылась в трактире.
Если Он хочет, чтобы дьяволы исчезли, кто она такая, чтобы оспаривать приказы своего Бога?
Крепость Ольх. Дьявол Дим.
Нас встречали, как героев. Только завидев выходящую из леса Аду, охранники в караульной башне передали приказ вниз, и ворота поспешно распахнулись.
Одетый по-походному Рьерт вышел первым, за ним потянулся отряд стражи. Примерно на середине пути от ворот до деревьев мы с ними встретились.
— Полагаю, теперь можно спать спокойно? — весело спросил лорд, раскидывая лапы и первым обхватывая меня за раздавшиеся плечи. — Проклятье, Дим, ты так вымахал, сомневаюсь, что мы теперь тебя прокормим!
Я хлопнул его по плечу, отчего ликану пришлось подгибать ноги, чтобы не рухнуть. Охрана напряглась, но я видел, каждый из них уже понял, что если пожелаю, раздавлю их, как тараканов.
— Это лишь первая маленькая победа, — заявил я, отстраняя лорда. — Лучше расскажи, что тут без меня творилось.
Рьерт кивнул и повел меня к крепости. Особо я его радостный треп не слушал, и так вижу, что замок растет не по дням, а по часам. Частокол теперь опоясывала стена, на ней можно разместить лучников. Одна дозорная башня уже готова, три еще в процессе сборки. Внутренний двор обзавелся нормальной лесопилкой — ликан сообразил, что здесь экономить не стоит, в ход пошла трофейная сталь. Это ковать и лить металл ликаны не умели в виду утери знаний, а вот использовать награбленное могли запросто. Поэтому из камней сложили еще и кузницу — уже по оставленному мной требованию.
Но больше всего меня интересовал донжон. Прямоугольный фундамент теперь скрылся за толстыми полуметровыми стенами из цельных бревен. Снаружи их частично отделали досками, просыпав песок в пространство между ними. Широкий проем двухстворчатых ворот сейчас был распахнут, изнутри доносились стук и скрип пил — работа кипела. Потолок первого и, соответственно, пол второго этажа понемногу обрастал досками и щерился по краям разметкой под стены.
— …так что осталось не так уж и много, — радостно закончил доклад Рьерт. — Неделя потом на внутренние работы, и считай, замок готов.
Я кивнул, глядя, как от летней кухни ликанки тащат огромную тушу зажаренного целиком оленя. Несущие службу воины провожали чудесно пахнущее мясо настолько голодными взглядами, что я на миг подумал, их держат на подножном корме.
Ради моего возвращения вытащили длинный стол, расставили лавки. Мне Рьерт уступил самый роскошный стул, уже украшенный затейливой резьбой.
По всей крепости вкусно пахло свежими опилками и горячей смолой. А аромат только что установленного на столешницу оленя и вовсе ударял в ноздри так, что вышибал из головы все мысли, кроме желания сейчас же вцепиться зубами в горячее мясо и с рычанием вырывать из туши куски.
Я заметил, что ни одного воина за нашим столом не было. Рьерт отправил вояк заниматься своими делами, а рабочих усадил рядом с собой. И судя по счастливым мордам ликанов, подобная честь им выпадает настолько редко, что хватит рассказывать о ней даже правнукам. Молодец, маленький лорд, послушал меня, и нашел подход к своим подданным.
